Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Брат словно прочел мои мысли:

— Так города не узнаешь… Мы потом побродим, побываем в самых интересных уголках.

Я кивнул. Конечно, из окна машины много не увидишь.

— Ну, а как у Марины с его сыном, любовь или так просто? — продолжал Зоря.

— Не поймешь. Она, по-моему, фокусничает. А он-то, Виктор, от нее без ума.

— А где учится?

— Окончил МГУ. Сейчас вот — аспирантура. Скоро будет кандидатом.

— Да… В отца пошел, значит. Это хорошо. Неплохую партию может она составить. Я рад. Не упускайте момента, — наставительно произнес он.

— Да разве теперь от нас это зависит? Это не раньше, когда воля родителей была законом.

— Верно. Тем не менее сделай все возможное. Анисья Евдокимовна здорова?

— Ничего. Твое лекарство было кстати. Спасибо.

— Для меня это не проблема.

— Тебе все шлют большой привет.

— И Марина?

— Разумеется… — сказал я.

— Жаль, что мои не увидят тебя. Не судьба, видно.

— Ты-то как поживаешь? — решился наконец спросить я."

"— Да как тебе сказать? Пришлось хлебнуть горя. Но мне повезло больше, чем другим. Сейчас вроде бы уже грешно жаловаться. Да я тебе писал обо всем…

— Надолго здесь обосновался?

— Смотря как пойдут дела.

— А занимаешься-то чем?

— В некотором роде медициной.

— Вроде бы ты и не медик.

— Разве это имеет значение?

— Это верно. А ты мало изменился, такой же стройный и подтянутый.

— Спорт, Алешенька, делает свое дело. Ты тоже вроде бы в форме.

— У меня работа — волка ноги кормят.

Остаток пути ехали молча. В окне лимузина мелькают красочные витрины, нарядно одетые горожане. Причудливые здания, не похожие одно на другое. Зеленые улицы и площади с затейливыми фонтанами производили впечатление.

— Ну вот мы и дома. Будь моим гостем. Самым дорогим и самым желанным…

Так началась эта история.

А возможно, она началась раньше? Конечно, раньше. Еще до этого первого приезда в Вену.

Пожалуй, лучше рассказать все по порядку. По ходу я буду ссылаться на некоторые высказывания и оценки событий, позаимствованные из дневника моей дочери Марины.

Письма из Канады

О моем уходе, а точнее увольнении, из научно-исследовательского института обычно не говорили в семье. В первое время я умел хорошо держаться.

Больше всего я боялся вопросов Марины. Но вроде ничего, обошлось.

В этом научно-исследовательском институте я был на хозяйственной работе. Однако имел возможность распоряжаться, как говорится, материальными ценностями. Нагрянула ревизия. Обнаружилась недостача. Вот эти «ценности» и явились причиной всего, что случилось. Все могло кончиться гораздо серьезнее. Честно говоря, даже судом. Но в научно-исследовательском институте ко мне хорошо относились.