Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Моя супруга решила сделать вам приятное — кое-что на днях послала посылкой. Скажи Марине, что я не стеснен в средствах и с радостью могу поделиться с вами. Ведь даже в писании сказано — помогай ближнему. А мы — самые близкие родственники.

Мне предстоит поездка в Европу. Наша фирма участвует в выставке, и я назначен представителем. Буду очень близко от вас. Боже мой, как мне хотелось бы повидаться! Святая дева Мария, помоги мне в этом. Пишу с трудом. Устал. Напишите, где вы все работаете, как проводите время, где отдыхаете».

Марина, как всегда, внимательно прочитала письмо.

— Ну вот, я же говорила. Опять ни слова о своем прошлом. Оттягивает. Значит, чего-то боится.

— Марина, ты несешь вздор, — оборвал я. — Ведь человек был тяжело болен, дай ему прийти в себя,"

"— Заболел, — усмехнулась дочь. — Ну и что? Зачем же прикидываться простачком? Ты посмотри, как он хитро подкидывает нам сведения о своем благополучии: ходит по саду, в вилле, видите ли, душно, поедет обкатывать новую машину. Понимай так, что у него имеется и обкатанная. Едет отдыхать в горы, а потом предстоит вояж в Европу. И с посылками, обрати внимание, как ловко все обставил.

Тут тебе и обращение к Библии — помощь ближнему. Не могу я с этим смириться. Так ему и напиши…

— С ума можно сойти! — воскликнула жена. — Ведь он добра нам хочет, а ты готова съесть его. Даже отказалась смотреть посылку. А знаешь, сколько мы за нее выручили?

Кажется, она сказала лишнее.

Ведь мы договорились не вспоминать при старшей дочери об этих тряпках. Не нравится ей, и не надо. Зачем создавать лишнюю нервозность.

— Противно мне, что вы из-за тряпок готовы перед ним встать на колени. Как будто мы оборванцы. Никакой гордости и самолюбия, — заключила Марина.

Жена сделала попытку уладить вновь назревающий конфликт. Вступила в разговор и наша младшая — Лена.

— Что ты, Мариночка! Посмотри, какие вещи красивые. Взгляни на это платьице. Все девочки завидуют!

Марина не обратила на сестренку внимания, а повернувшись к нам, сказала:

— Любуйтесь. Вот вам и плоды.

Мне пришлось вмешаться:

— Лена, помолчи, когда тебя не спрашивают. А ты, Марина, имей в виду, мне, как и матери, не нравится твой тон. Позавидовать только можно, что брат живет в достатке да еще и нам помогает.

Вместо благодарности ты…

Что-то не то я говорю. Чувствую сам, что не убедишь этим Марину.

— Зависть, папочка, — тяжелая болезнь. Берегись ее. Она уже многих сгубила и еще погубит, — перебила она меня.

— А я завидую. За-ви-ду-ю. Вот и все! — Я начал выходить из себя. — И потом, не учи нас жить. Воспитывай своего Виктора.

— Не беспокойся за Виктора, его-то воспитали! А вот мне стыдно бывает перед ним.

— Родителей стыдишься? — взорвался я.

Не знаю, чем бы кончилась наша перепалка, если бы не вмешалась жена.