Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Он видел, как Овсянников взял под руку девушку и повел ее через грейдер в переулок. Капитан с Маринкой ждал начальника на углу. Лейтенант тоже топтался около них. Ефременко подошел и сказал девушке:

— Простите великодушно, но я лишу вас одного провожатого. Капитан мне нужен.

— Вы, товарищ майор, совсем замучили капитана, — кокетливо сказала девушка. — Он у вас и свежим воздухом не подышит…

— Эх, тяжела ты шапка Мономаха! — вздохнул капитан, сдвигая на затылок фуражку, и вдруг озорно обнял и поцеловал Маринку; девушка вскрикнула и вырвалась из его объятий.

— Безобразие! — громко возмутился Турушин.

— В качестве компенсации за неиспользованный вечер, — виновато сказал капитан. — Не сердись, Маринка…

Но девушка подхватила лейтенанта и быстро пошла по улице. Майор отвел помощника в сторонку.

— Овсянникова видел? Вон в тот переулок пошел. Проводи! — приказал майор. — Потом зайдешь, займемся профилактикой.

IVРаздумывать было некогда. Овсянников мог уйти так далеко, что и не сыщешь. Капитан спорым солдатским шагом пошел по направлению, указанному майором. Он увидел Овсянникова, когда тот со спутницей уже поднимался по узенькой дорожке на вершину холма, где темнели крайние хаты села.

Овсянников и Кира не торопились, и капитану пришлось умерить шаг.

Село затихало. В темноте безлунного вечера лишь кое-где вспыхивали красноватые огоньки цигарок. В саду белели платья девушек. Со стороны взорванной немцами церкви доносились приглушенные расстоянием звуки гармошки и нестройный хор мужских и женских голосов.

И только на грейдере не замирала жизнь. С наступлением сумерек по нему потянулись на запад длинные вереницы пехоты, перемежаясь колоннами танков и моторизованной артиллерии.

Поток автомашин к вечеру усилился, они двигались почти впритирку. Крупная артерия фронта— дорога через Ново-Федоровку — гнала к переднему краю питательные соки войны: боеприпасы, технику, снаряжение.

На вершине холма Овсянников остановился. Капитан, державшийся в полусотне шагов, тотчас присел за каким-то кустом. На фоне звездного неба мягкие очертания двух домиков и в прогале между деревьями четкие силуэты мужчины и женщины смахивали на знакомую декорацию, и капитану вспомнился театр теней, которым он увлекался в юности.

Но он прогнал лирические воспоминания. Он был ужасно зол. Он и в мыслях не сомневался в действиях майора, но кому, спрашивается, охота наблюдать, как эта старая недотепа Овсянников будет любезничать с Кирой. А пока он торчит тут, лейтенант гуляет с Маринкой.

Капитан выругался про себя, поднял глаза на теневую декорацию и искренне удивился. «Что за черт! Лекцию он ей там читает, что ли?» — подумал капитан, не понимая неподвижности фигур на холме. Они даже стояли поодаль друг от друга.