Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Еще раз полюбовался «Зорей» и сердечно поздравил Макивчука, сотрудников редакции и всех присутствующих с «вызначною подіею»*[""54].

— Наша «Зоря» станет для миллионов украинцев ласточкой свободы… — И положил газету на столик. — Напомните, чтобы не забыл взять с собой, ночью поработаю над номером.

Макивчук кивал, кивал, кивал…

— Ваши рекомендации помогут обрести «Зоре» сильные крылья! Она действительно будет ласточкой воли, и к ее голосу прислушается каждый, кому дорого будущее-Редактор в суете поздравлений как-то позабыл, что

«Зоря» его отпечатана тиражом лишь в несколько сот экземпляров.

Они пока лежат в редакционных кабинетах; неизвестно, куда и кому их направлять. Конечно, часть тиража отправят специальными каналами на Украину, но вряд ли удастся их туда доставить. А здесь число подписчиков исчисляется пока десятками…

Где-то в перерыве между немецким протертым супчиком и украинскими варениками Крук обратил внимание на Злату. Он слышал о девушке как об отчаянно смелом и до конца преданном ОУН курьере, готовом к выполнению самых сложных поручений. Мудрый говорил, что у этой девицы природная хватка отшлифована месяцами упорной подготовки.

И Крук тоже отметил холодный взгляд голубых глаз — трезвый и оценивающий, и уверенность, с которой держалась девушка в этой пестрой компании. «Красивая, — подумал Крук, — надо будет проследить, чтобы эсбековцы не слопали этот лакомый кусочек раньше времени». Ему было известно, что в СБ хлопцы проворные, обучают не только специальным предметам…

Злата встретила взгляд Крука открыто и прямо. Она была в простенькой белой блузке, хорошо оттенявшей смуглую кожу лица.

Голубые глаза ее непроницаемы — так смотрят на бьющих поклоны святые на иконах. Наверное, таких, как она, поэты сравнивали с гибкими, стройными тополями. Девушка уложила пшеничные косы золотой короной, пристроила на короне цветок ромашки, и Крук ясно увидел ее в разливе пшеницы под голубым небом, а вдали — отцовский хутор тонет в садах. Круку стало тоскливо, захотелось вернуться в детство, пройти сквозь почудившееся пшеничное море босиком по мягкой пыли степной дороги, приветливо помахать рукой красавице жнице…

Но этого уже не могло быть: детство давно миновало.

Крук выбрал минутку, поманил Злату. Она подошла так, будто давно ждала, когда ее позовут.

— Давно не виделись, — сказал Крук.

— Сто пятьдесят шесть дней.

— Считала? — обрадовался Крук.

— Сто пятьдесят шесть дней назад вы приезжали к нам на курсы.

— А… помню, был Праздник оружия.

— Да.

— А я сейчас увидел тебя там… на нашей родине…

Злата ничего не сказала в ответ. Что же, если руководство пошлет ее на Украину, она готова выполнить приказ.