Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Только в лесах и муштруют таких скаженных…

— Ладно, ладно: пуля лишь мякоть прошила. Не захотела тебя калечить. А мясо заживет, не успеешь и оглянуться.

Сели за стол и молча выпили. Друг на друга не смотрели, все происшедшее только что поставило их в новые отношения. Сыч-Весляр лихорадочно думал о том, что не будет ему теперь веры у Беса: чуть привиделась костлявая старуха с косой — все выболтал. Кто она такая, эта Шеремет? Бес приказывал прощупать и, если хоть что-нибудь привидится, убрать…

Хлопец думал о том, что сопливая девка обвела его вокруг пальца.

Его, который ушел даже от чекистов, когда брали провод Рена…

У Гали Шеремет были свои мысли. Эти двое вышли на нее, как это ни странно, очень своевременно. Пусть не деликатным получилось знакомство, но это ничего — крепче «дружба» будет.

— Поступаете в мое распоряжение, — сказала твердо. — Имею на то полномочия. Зовите меня Мавкой.

— Послушно выконую ваши наказы, друже Мавка! — почти тотчас откликнулся Рыбалка. Видно, он проникся к девушке уважением.

Сыч промолчал.

— Ну? — повернулась к нему Галя.

— Как прикажете, — опустил голову Степан.

Глава XXII

На запад уходили грепсы. Пожалуй, только два-три человека могли точно назвать «тропу», по которой шифровки передавались от одного пункта к другому, чтобы попасть в руки Мудрому, Боркуну и Стронгу.

Грепсы подшивались в папки, на которых ровным писарским почерком было выписано название операции — «Голубая волна». Папки хранились в специальном сейфе, и, чтобы открыть любую из них, перелистать ее страницы, требовалось разрешение Мудрого. Но Мудрый разрешения никому не давал.

«Береженого бог бережет», — говорил он."

"Грепсы скупо рассказывали о том, что Злата Гуляйвитер действует хотя и энергично, но осмотрительно, не торопясь, как и подобает опытному конспиратору. Злата не только легализовалась и устроилась на работу — она практически завершила первый этап операции. У нее есть люди — двоих ей передал Бес (знает их лично), одного она отобрала из спасшихся от ареста боевиков. У нее есть помощница — бывший курьер Рена Леся Чайка — Подолянка. Она, наконец, ожидает из-за кордона агента, который доставит инструкции по работе радиостанции, деньги и документы.

Агента примет сотня Буй-Тура. Сотня эта прекратила активные действия, затаилась. Буй-Тур убрал из нее всех, не внушающих особого доверия, оставил только самых надежных. Сотня, подвижная и неуловимая в лесах, станет базой для подпольной радиостанции и ее охраной. Впрочем, не сотня, это по привычке употребляется такое слово. У Буй-Тура после чекистских облав и собственных чисток осталось человек семь. Вполне достаточно.