Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Вы ведь обращались к нам с просьбой помочь разыскать родственников?

— Да, но я ищу не сестру, а брата.

— Одну минуту… Извините, я действительно ошибся… Вот, разыскал ваше заявление — тут и в самом деле речь идет о брате. До войны он работал на территории нашей области учителем. Точно?

— Да.

— Еще раз извините за ошибку. И не огорчайтесь: фамилия ваша очень распространенная, потому мы немного и поднапутали.

— Не буду: пока ничего страшного не произошло.

— Рады, что вы не унываете.

— Наоборот, не сомневаюсь, что все будет в порядке.

— Вот и мы почему-то уверены, — сказал корреспондент областного радио, — что брат ваш найдется в самом скором времени.

— Еще раз спасибо за заботу.

— До свидания.

— До свидания.

Галя положила трубку и отошла к окну. Она не хотела, чтобы кто-нибудь случайно увидел ее лицо. Такие доброжелатели обычно сразу участливо спрашивают:

— У вас, Галочка, что-нибудь стряслось?

У Гали Шеремет пока ничего не случилось, но ближайшие дни могли принести много новостей…

Свободное время Галя отдавала театру и библиотекам. Она слыла завзятой театралкой, посещала все премьеры, не пропускала гастролей столичных артистов.

В кругу близких коллег любила порассуждать о неисчерпаемых глубинах украинской культуры, о великих традициях гуманизма, у истоков которых стоят такие гиганты, как Тарас Шевченко, Иван Франко, Леся Украинка.

Все видели, что живет Галя очень скромно, на рубли зарплаты. И костюмчик у нее хоть и аккуратно отглаженный, но один-единственный, старенький. Дивчине не до нарядов, спасибо, хоть нашлась родственница, приютила, не надо платить за угол.

На нередких в учреждении собраниях Галя скромненько устраивалась в уголке, никогда не выступала, ораторов слушала внимательно.

Иногда только забывалась, и тогда взгляд у нее становился отсутствующим, и видно было, что мыслями она далеко отсюда и заботы коллег ей кажутся не очень значительными.

Досужие учрежденческие кумушки нашли этому свое объяснение:

— Замуж ей пора, — шептались, — девка в самом соку, завянет…

И намекали, что в соседнем учреждении есть неплохой хлопец, с высшим образованием, самостоятельный. Чем не пара? Галя отшучивалась:

— Не тороплюсь замуж…

Такую осторожность одобряли. У девушки-сироты одно богатство — доброе имя.

И никто бы не подумал, что в другой обстановке, среди других людей Галя Шеремет вдруг становится резкой, властной, что она привыкла командовать, решать судьбы людей.

И даже Бес, который видел изредка, как скромно держится Галя в Доме народного творчества, куда приводили его дела, как застенчиво опускает она ресницы под оценивающими взглядами самодеятельных поэтов и артистов, только головой крутил:

— Ну и штучка!..

Стиль поведения, избранный Галей, он одобрял полностью.