Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Заброску по воздуху можно было осуществить только с помощью Стронга.

— Кстати, вы дали знать друзьям Чайки, что она добралась благополучно?

— У нас нет для этого возможности, — нехотя сознался Мудрый.

— При такой организации дела ваша фирма прогорит. — Майор легко раздражался и в гневе не скупился на упреки.

Мудрый благоразумно промолчал.

— Создайте этой курьерше максимум удобств, честствуйте ее, как героиню, — несколько успокоился Стронг. — Пусть она не сомневается, что ее ждет солидное материальное вознаграждение. Откройте счет в банке, положите какую-то сумму в долларах.

Слуг надо кормить!

«Скотина, — меланхолично подумал Мудрый. — Впрочем, чего я хочу — кто с нами будет церемониться?»

— Вот еще, — распорядился Стронг. — Прикрепите к ней кого-нибудь из своих дармоедов — пусть позаботятся, чтобы эта Чайка по вечерам не скучала.

— Надо решить главное, — осмелился напомнить Мудрый. — Стоит ли ее выводить из одиночества? Вдруг попадется кому на глаза?..

— Такая опасность есть?

— Практически нет. Чайка будет встречаться с наиболее доверенными людьми, но…

— Нет, с такими идиотами мне еще работать не приходилось! Представьте, вы шли через сто смертей к своим, пришли, а вас схватили за шиворот и затолкали в кутузку! Окрепнет у вас желание служить и дальше? Вряд ли.

Конечно, не вздумайте демонстрировать каждому проходимцу своего курьера. Но с наиболее высокопоставленными руководителями сведите. И всеми силами внушайте девице, что дело ваше на подъеме.

— Вы правы, друже майор.

— Сколько раз говорить — господин майор!

— Извиняюсь, господин майор.

— Не забывайтесь!

— Еще раз извините.

Хочу сказать, что вчера вечером Чайка самовольно ушла в город.

— Что значит «самовольно»? Ведь особняк охраняется?

Лесю поселили в небольшом коттедже на окраине города. Двухэтажный домик был закрыт высоким бетонным забором, прятался за деревьями и с улицы почти не просматривался. На участке было много деревьев, вяли поздние осенние цветы на газонах, аккуратные узенькие дорожки вели к самым дальним уголкам. Участок был вылизан и вычищен с удручающей старательностью. Не хватало только табличек на деревьях, которые обозначали бы, что сосна — это сосна, а дуб — это дуб.

По территории день-деньской бродил садовник, готовил газоны к зиме. В кармане брезентовой куртки у него торчал рифленой рукоятью кверху кольт. Садовник говорил на том же очень правильном украинском языке, что и Мудрый."

"Лесе отвели комнату на втором этаже: кровать, столик, аляповатый букет роз на квадратном холсте. По ее просьбе принесли несколько книг — уснуть сразу после «бесед» с Мудрым девушка не могла: нервы напряжены до предела.