Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

— Пусть наш спор останется тайной, — выдавил наконец из себя Мудрый.

Девица преподнесла наглядный урок того, к чему может привести ротозейство.

— Пусть, — согласилась Леся, — не забудьте только про Бронзовый крест…

— Я свое слово держу…

Марта исчезла из коттеджа. Леся ее больше не видела, а Шпак на вопрос, что сталось с его приятельницей, хмуро пробормотал что-то про тех, кто служит п вашим, и нашим.

Леся не жалела Марту. В каждой игре свои правила. Она вела игру, в которой сойти с дистанции равносильно было уходу из жизни. Пока выигрывала она, шаг за шагом приближаясь к той цели, которую считала для себя самой главной.

Но, выигрывая, важно было и не переиграть.

Мудрый спустя день сам вручил девушке Бронзовый крест — награда УПА досталась ей не так уж и сложно. Но когда вручал Мудрый крест, заметила Леся в глазах у своего наставника тихую ярость. Поняла — не простит ей, что поймала на примитивной ошибке. Боится Мудрый, как бы не похвалилась перед кем-нибудь Леся своей победой над асом службы безпеки. Крышка тогда Мудрому, загрызут «приятели».

Что бы сделала она, Леся, на месте эсбековца? Конечно, постаралась бы избавиться от слишком сообразительной курьерши.

Убрать? Нет, на такое он не пойдет: нелегко будет объяснить «заинтересованным лицам», куда девалась девушка с той стороны. Значит, проще всего отправить ее обратно, туда, откуда пришла. Уйдет в неизвестность и никогда не возвратится из нее…

Глава XXXIX

— Приготовиться! — услышала Леся команду, и тотчас глухо заревела сирена. И смолкла — только рев двигателей самолета резал тишину. Она встала с железной скамеечки и сделала два шага к проему. Выпускающий уже открыл дверь и закрепил ее цепочкой.

В проеме голубело небо; оно было холодным и бескрайним, и за его голубизной ничего не угадывалось.

Самолет шел на заданную точку, выписывал гигантский полукруг, Леся чувствовала это по чуть заметному крену на левое крыло. Она была в пятнистом комбинезоне, в шлеме, тесемки которого стянула под подбородком. Обута в тяжелые ботинки на толстой подошве. Парашют плотно лежал на спине, гнул к металлическому, решетчатому — чтобы не скользили подошвы — полу самолета.

В проем двери врывался воздушный поток, он был упругим и сильным.

Лесе пришлось чуть наклониться вперед, чтобы держаться на ногах. Ее неудержимо влекло к скамейке, и она, даже не думая об этом, яростно сражалась с желанием уступить, шлепнуться на скамейку и приклеиться к ней.

Еще у нее был рюкзак, автомат в чехле. На поясе, стянувшем талию, висел нож. Нож ей посоветовали привязать на веревочке, во время прыжка его можно потерять

В проеме двери неслись облака. Странно было видеть их рядом — рукой подать. Они были совсем не такие, как с земли: не казались ватными, весомыми.