Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

Или это был след пронесшегося здесь много лет назад огненного смерча?"

"На следующий день Алексей ранним утром пришел в сельсовет. Иван Николаевич Никитенко был уже на своем рабочем месте. К удивлению Алексея в сельсовете толпилось много людей, хотя солнце только-только выглянуло из-за горизонта.

— У каждого свои дела, — объяснил председатель, — вот и забежали спозаранок, кто за справкой, кто еще за чем. — днем некогда, все в поле.

Он поднялся из-за стола, строго осмотрел присутствующих:

— Ну, граждане, кончаем ярмарку, у товарища дело, можно сказать, не для всех ушей.

Этим он хотел подчеркнуть «секретность» командировки Алексея в их село: раз приехал человек из облуправления КГБ, значит, связано это с какой-нибудь тайной — так он считал.

Алексей вдруг сказал:

— Ничего сверхсекретного в задании, которое я выполняю, нет. Так что кто хочет — пусть слушает.

Конечно, остались слушать все.

Алексей, вначале немного смущаясь, потом все более уверенно начал рассказывать о трагедии, разыгравшейся здесь, на этой земле. О ней, судя по всему, присутствующие знали, слушали его с интересом, даже с благодарностью, что вот, оказывается, и в большом городе не забыли, что произошло в их родном селе… Интерес явно возрос, когда Алексей заговорил о Коршуне и Ангеле, о том, как расстреливали Адабашей.

Сразу посыпались вопросы:

— Откуда известно, как расстреливали?

— Из показаний бывшего полицейского, который стоял в оцеплении, — объяснил Алексей. — Мы его разыскали. Каким образом вытащили на свет этого предателя — это не так уж и интересно.

— Понятно, — закивали головами сельчане, хотя, конечно же, им не терпелось узнать, как через столько лет удалось разыскать мерзавца и заставить рассказать правду.

Хоть и говорят, что человек не иголка в стоге сена, но иголку и ту порою легче найти, чем такого вот беглого. Однако никто не стал расспрашивать, все понимали, что есть и такие подробности, о которых этот молодой человек рассказывать не вправе.

— А где тот Коршун сейчас летает? — поинтересовались.

— Вот и мы хотели бы знать! — воскликнул Алексей.

Алексей давно обратил внимание на одетого в строгий костюм человека, слушавшего его очень внимательно. Он не только костюмом этим выделялся среди колхозников, но и сдержанной манерой держаться, тем достоинством, которое всегда отличало сельских интеллигентов.

— Учитель из нашей школы, — подсказал Никитенко, заметив, на кого посматривает Алексей время от времени.

— Мы знаем, что в живых осталась Ганна Адабаш, — сказал учитель. — Вам известно, где она сегодня?

— Да, — ответил Алексей. — Это моя мама.

Все, кто был в кабинете председателя сельсовета, а народу набилось много, оживились, с особым интересом теперь рассматривали Алексея.

— О! — воскликнул Никитенко.