Апельсиновый сок

Вечером Вероника напоила его чаем с малиновым вареньем, укрыла потеплее и уехала домой. Да, ночевать приходилось дома, чтобы не спровоцировать новый сердечный приступ.

Утром вместо занятий она поспешила в общежитие – с аспирином, сиропом шиповника, шерстяными носками и сухой горчицей.

Костя выглядел плохо, он будто похудел за ночь, но это не очень встревожило Веронику. Наоборот – ведь ей было так приятно за ним ухаживать!..

Даже когда стало ясно, что температура держится, несмотря на аспирин, а любые попытки поесть вызывают у Кости рвоту, Вероника не заподозрила опасности. Сама она еще не умела как следует слушать легкие, а над ее предложением вызвать врача Костя только посмеялся.

Потом она съездила на Некрасовский рынок, купила клюквы и сварила любимому кисель. Наврав сестре про очередное дежурство, осталась ночевать в общежитии.

Всю ночь они пролежали без сна, крепко обнявшись под одеялом. Костя рассказал, что уже присмотрел маленькую комнату в доме на Боровой, где снимали жилье многие курсанты: «Вот отец твой поправится, и сразу переедем, ты согласна?»

Конечно же, Вероника была согласна!..

Температура тем не менее оставалась очень высокой. Несколько раз Вероника поднималась, чтобы обтереть Костю уксусом, но это не помогало. А потом Костя вообразил, что она может от него заразиться, и потребовал, чтобы она ушла, но Вероника резонно возразила, что среди ночи ей все равно идти некуда.

«Сколько волнений из-за дурацкого гриппа! – проворчал Костя. – Ладно, ложись и спи, а завтра как миленькая пойдешь на занятия. Думаю, утром мне станет лучше».

Действительно, утром градусник показал 36,6.

«Вот видишь! – сказал ее любимый. – Я чувствую себя почти здоровым! Поезжай в институт и ни о чем не беспокойся».

Так она и поступила.

В перерыве между лекциями Вероника вышла в коридор и сразу заметила парня в форме. Это был круглый отличник академии, за успехи в области медицинской генетики прозванный Хромосомычем.

«Наверное, пришел по своим научным делам», – решила она, но Хромосомыч направился прямо к ней.

– Я за тобой, – сказал он. – Косте стало хуже, пришлось положить его в клинику.

Она даже не вернулась в аудиторию за книгами – если бы не Хромосомыч, то так и выскочила бы на улицу в чем была. В те времена от ее института до академии можно было доехать на трамвае, но ждать на остановке Вероника не могла. Она побежала, Хромосомыч еле успевал за ней.

…Стояла ранняя весна, солнце отражалось в каждой лужице, сверкало в островках нерастаявшего снега, а небо было таким пронзительно-синим! Казалось, в такой день ничего плохого не может случиться.

«Ничего и не случится, – уговаривала себя Вероника, на секунду прислонясь к перилам моста Свободы, чтобы отдышаться.