АПП, или Блюстители против вредителей!

Она разве виновата, что вынести не успела до осмотра этажа да в чуланчик потихоньку задвинула, а господин Нихлессер в него ногой зачем-то наступил?..

Медичка тараторила, а Янка почти не слушала ее, она смотрела на призрак, который явственно пытался что-то сказать. Да только по губам Донская читать отродясь не умела, а даже если бы умела, все равно не смогла бы. Очертания худенького личика дриады плыли и размазывались от избытка чувств, испытываемых сущностью.

– Ей кто-то заплетает косу? Или такую привезли? – улучив паузу, ввинтился с вопросом Машьелис."

"– Так сестра-смотрительница и заплетала, – начала оправдываться медичка. – Для болящих послабления в укладе ритуальных причесок допустимы. За распущенными-то волосами разве уследишь? Вот заплетаем и вокруг головы оборачиваем, чтобы не спутались. Младшая Осененная Милостью Древ дозволила.

Пока декан и медсестра разговаривали, Янка окончательно убедилась в том, что призрак хочет, но не может рассказать им нечто важное, потому тихонько подошла поближе к прозрачной девушке и заговорила:

– Мы не слышим тебя, пожалуйста, вернись в тело, чтобы все рассказать!

Призрак явно услышал студентку. На лице дриады отразился столь явный ужас, что Яна торопливо зашептала:

– Не бойся, мастер Гадерикалинерос декан Академии пророчеств и предсказаний! Он поможет и защитит!

– Это точно, – тихонько прогудел Хаг, как оказалось, прислушивающийся к Янкиной речи.

Декан же просто развернулся и поклонился в указанную сторону. Было ли тому виной воздействие блюстителей пророчества или бедолаге-дриаде просто опостылело бестелесное существование, но она заметалась у кровати, хватая бессознательное тело то за ноги, то за руки, то трогая голову так стремительно, что Яна неожиданно поняла смысл бабушкиного выражения «бешеная тарашка». Лис же хмыкнул и посоветовал:

– Ляг на кровать, на саму себя, и пожелай слиться с телом, вернуться в него.

Что удивительно, призрак послушался и четко выполнил инструкции. В звенящей – замолчала даже тараторка-медичка – тишине дриада на кровати резко дернулась, распахнула глаза и зашлась кашлем. Опекающие ее зеленые кустики в кадках зашелестели, закрывая болящую листиками, сплетая из ветвей широкую подушку, на которой девушку приподняли над постелью, заботливо придавая ослабленному длительной неподвижностью телу полусидящее положение. Успевшая за время учебы с Ольсой привыкнуть к тому, как любая зелень повинуется малейшему желанию дриад, Янка все равно восхитилась расторопности присматривающих за больной растений.

– Очнулась! Очнулась-таки! – как за родную, обрадовалась медичка, заботливо подсовывая к бледным губкам дриады живую трубочку поильника от куста с особо мясистыми листьями и, наверное, очень питательным соком.