АПП, или Блюстители против вредителей!

Любительница слухов Тита, увидев в припозднившихся однокурсниках благодарную аудиторию, подсела к троице и тихо зашептала, забавно выпучив голубенькие глазки:

– Ой, ребята, матушка-то да и отец у Еремила из людей, ни о каких демонах он не знал, не ведал, всегда себя человеком считал, ни о чем ином и не помышлял, а оно вот как обернулось! У матери теперь небось дознаваться правды будет!..

Сам объект сплетен – Надалик, переодетый в новый комплект формы – сидел за столом, склонив голову, и листал какую-то толстую книгу в черном переплете. Пальцы студента не то массировали голову, не то пытались выдрать из светлой шевелюры клок волос. Еремил нервничал настолько явственно, что добрая Таата то и дело беспокойно вздрагивала да сочувственно вздыхала. Ей совершенно не нравилось состояние напарника. Она пристроилась рядом и что-то лопотала. Остальные, узнав главное, предпочли не нагнетать обстановку и пока сделать вид, что ничего экстраординарного не случилось. Демон? И что? Мало ли кто в академии учится? И из этих тоже студенты встречаются, всей разницы, что наш – полукровка и о себе всего не знал. Так полукровок в АПП тоже вдосталь и опасных чистокровок – тоже. Ничего, все относительно мирно уживаются. А о себе Еремил скоро все узнает, никуда не денется, узнает и другим расскажет.

Один Цицелир все никак не мог уняться и бухтел, бухтел что-то про свою психологическую травму и порванную рубашку. Наконец это надоело даже терпеливому и миролюбивому, а для гоблина так и вообще супермегамиролюбивому старосте. Кайрай подошел к сирену и пронзительно пропищал:

– Я возмещу тебе из кассы курса затраты на покупку новой рубашки и успокоительной настойки, если комендант откажется заменить вещь, а целитель Лесариус не пожелает лечить даром после того, как ты принес в АПП червей.

– Я разве виноват? – взвился Цицелир. – Меня обманули!

– Вот и Еремил не может отвечать за вспышку крови, – вставила Юнина.

– Тебе бы его поблагодарить! Сдержался, на бой не вызвал, не ударил, а ты все верещишь! – хмыкнул со своего места Авзугар, прекрасно знавший, как трудно стерпеть, когда ярость застилает взор. Потом оборотень встал, прошелся по аудитории, попутно подбадривающе хлопнул Еремила по плечу и, наклонившись к сирену, ласково сказал:

– Счастливчик! Если бы из-за тебя девушка, которая мне по нраву, пострадала, я бы точно – если бы не пришиб, то помял наверняка.

Пит только возмущенно открывал и закрывал рот, шокированный таким равнодушием к его душевным страданиям. Дальнейшему обсуждению темы помешали удар колокола и явление в аудитории мастера Аниты Клиог ап Рас.

Сухопарая женщина-дроу неопределенного возраста с осанкой королевы вплыла на кафедру и обратилась к студентам:

– Ясного дня.