Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

Немой пошарил взглядом по сторонам и нашёл неподалёку пару густых кустов, насаженных плотняком друг к другу. Он кивком указал на них Фиксе и первым зашкерился в растительности, с понтом, чтобы не светиться на всю округу в момент перевязки. Фикса пролез следом, усаживаясь так, чтобы никто из братвы не смог спалить «Ариадну» даже случайно, и принялся торопливо разматывать свою повязку. Обмен «Ариадны» замутили быстро, и уже через минуту Фикса вздохнул с облегчением, заценив, как мир вокруг вспыхивает сотнями всевозможных воплощений смерти. Все эти горы убийственного стрёма выглядят жутко, базара нет, но куда спокойнее видеть их все, чем не видеть, но знать, что их немерено и все они где-то рядом, пасут тебя, словно вертухаи на вышках.

Которые только и ждут, чтобы ты лоханулся и сделал одно неверное движение.

– Неслабо медуха бесовская канает, – оценил Фикса, разглядывая разбинтованную руку Немого.

Оба входных отверстия от мусорской маслины перестали быть рваными дырами и превратились в здоровенные воспаленные сомкнувшиеся раны. Покоцанное мясо поблёскивало сукровицей, но не гноилось и не кровоточило, стягиваясь без всяких швов и прочей медицинской лабуды.

По ходу, с тех пор, как Фикса выхватил маслину в руку в тот день, когда Медведь со своими молотобойцами скрысил у его бригады мешок с добычей из ГНИЦ, их медуха стала ещё более эффективной. В тот раз рука Фиксы заживала дольше, хотя один хрен в сто раз быстрее, чем штопают обычные лепилы.

– Нужен ещё один укол. – Немой пошевелил клешнёй и поморщился. – Чтобы быстрее."

"– Сейчас замутим. – Фикса свободной рукой полез в карман и извлёк оттуда тускло светящийся жёлтой жидкостью шприц-тюбик.

 – Я взял с собой чутка. Сейчас малину Медведя обшмонаем, надыбаем ещё. – Уголовник принялся накладывать подельнику свежую повязку.

Через пять минут оба вылезли из кустов с ворохом окровавленных бинтов в руках. Фикса тщательно всмотрелся в «Оправу» Немого, укреплённую на своём предплечье. С понтом, отыскивал аномалию. Обнаружив искомое, он сделал несколько шагов в сторону опасного места и швырнул использованные бинты на чистое с виду пространство. Скомканные повязки пролетели метра полтора и неожиданно брызнули во все стороны ворохом разодранных марлевых нитей.

Раздиратель сожрал следом бинты Немого и приподнялся над землёй сантиметров на тридцать, но дальше двигаться не стал. Фикса огляделся. Аномалии тусовались повсюду, но дойти до разбитого забора было несложно. А вот дальше начиналось настоящее бесовское место: всё забито стрёмом, проходы узкие, и если хоть одна гадость дёрнется и вклинится в колонну братвы прямо на ходу, то кто-нибудь заедет на тот свет по-любому, и сделать ничего не успеешь. Придётся рискнуть.