Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

Рентген подскочил одновременно с ним и тут же бросился за отлетевшим к креслу с телом академика Лаврентьева кислородным баллоном. Так же тебя и растак! Берёзов устало вздохнул. Опять всё заново. Зомбированный контрразведчик усталости не чувствовал и кинулся в атаку немедленно, едва его руки обрели оружие. Туман ушёл от наносившегося с разбега удара, молниеносным движением смещаясь с линии атаки, но Рентген размахивал баллоном непрерывно, словно заправский адепт кунг-фу, специализирующийся на боях с аквалангом, и следующий удар пришлось блокировать. Левое предплечье полыхнуло болью, но пока Берёзов блокировал очередной удар правым, вернулось в норму. Обратная регенерация, установленная внутри инопланетного шлюза Фрагментом на максимальную скорость, залечивала повреждения спустя мгновение. Это позволяло Туману нейтрализовывать любые атаки Рентгена и одновременно не давало надеть на контрразведчика «Живую Воду». Зомбированный Рентген не чувствовал боли, не терял сознания от нокаутирующих ударов и оказался многократно сильнее, чем обычно. Всякий раз после того, как Берёзову удавалось обезоружить и обездвижить контрразведчика, наступала патовая ситуация: на болевые приёмы Рентген не реагировал, а для проведения удержания необходимы обе руки. Стоит лишь на секунду разжать хотя бы одну, чтобы достать «Живую Воду», как зомбированный контрразведчик вырывался и всё начиналось сначала.

Рентген, сверкая злобным взглядом, молча и безостановочно наносил удары, стремясь оттеснить Тумана к стене. В обычной ситуации нельзя позволить противнику прижать себя к препятствию, это потеря манёвра и фатальное ограничение подвижности, зачастую приводящие к проигрышу в схватке. Но в условиях фантастической скорости регенерации не только Берёзову не удавалось скрутить Рентгена. Удары зомбированного контрразведчика имели столь же призрачную эффективность. Берёзов позволил сопернику загнать себя в тупик, выжидая подходящего момента, и перешёл в контратаку прямо под градом ударов. Один из них всё же достиг цели, и металлический баллон врезался в бровь, отозвавшуюся тихим хрустом. Этот перелом полностью заживёт приблизительно через две с половиной секунды, зато отсутствие блока позволило освободить руки для контратакующих действий. Туман провёл серию ответных ударов, выбил из рук Рентгена металлический баллон и прошёл в ноги, заходя на бросок. Зомбированный контрразведчик вцепился ему в лицо, стремясь выдавить пальцами глаза, но опоздал. Берёзов провел широкоамплитудный бросок, с размаха вбивая Рентгена головой в тускло светящийся минерал пола, и сразу же перешёл на удержание. Соперник оправился от мощного удара не дольше, чем за полсекунды, но этого времени Туману хватило.