Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

Видно было, что побывал в воде и обсыхал на бегу… Он принёс с собой метаморфит, но не обычный, твёрдый, а состоящий целиком из воды… Небольшой водный комочек, размером со снежок… прозрачный, будто кристальный…

– Он достал для тебя «Родник»? – Болт болезненно закрыл глаза и печально вздохнул.

Водяной молча расстегнул на груди камуфляжную куртку. На его грудной клетке слабо тускнела тонкая, сросшаяся с кожей водяная пленка. Легендарный сталкер посмотрел на вступивший в контакт с человеком водный метаморфит и негромко сказал:

– Теперь тебе пить не нужно. «Родник» будет вливать в тебя сколько надо. Пока ты внутри Ареала, перезаряжать его не требуется. Если будешь выходить на нейтралку, мет начнёт выдыхаться. Сам к воде не ходи, зомбируешься… – Болт перевёл взгляд на Кнопку: – Когда он ушёл?

– Под утро, около пяти, – грустно ответила та. – Дождался, когда Водяной начал дышать ровно, и ушёл. Я пыталась его не пустить, но… он сильнее меня. Молча ждал, молча пошёл к выходу… молча меня оттолкнул и молча ушёл. Он вообще не говорил с того момента, как вернулся с «Родником».

– Когда я очнулся, его уже не было, – угрюмо произнёс Водяной. – Я ничего не смог сделать."

"– В Красную ушёл? – вздохнул Болт. – Точно?

– Я видела, как от него какое-то мелкое зверьё шарахнулось, когда он из вагона выпрыгнул. – Кнопка украдкой смахнула слезинку. – Хоть до них далеко было… Рас на них внимания не обратил… Он просто шёл вперёд, глядя прямо перед собой, словно робот. Пересёк призрачную завесу и исчез. Сразу после этого бронепоезд тронулся и с тех пор медленно ехал. Час назад здесь остановился.

– Мне голову почти не жжёт, но ходить ещё плохо получается, – мрачно произнёс Водяной. – Как только полегчает, пойду Раса искать.

– Не найдёшь ты его здесь. – Болт покачал головой. – А в Красную тебе своим ходом нельзя. – Он обвёл всех присутствующих взглядом и подытожил: – Что ж, стало быть, все, кто уцелел, в сборе. Пора ехать. Туман, Рентген, забирайте Кварца, а мы с Маришкой пойдём место в машине уплотнять.

– Я в машину не сяду, – вздохнул Водяной. – К ней нельзя подходить. Больно очень.

– Мы не разместим в машине ещё одного лежачего больного. – Лаванда с беспокойством глядела на легендарного сталкера. – Айболита нельзя шевелить, он перенёс тяжёлую операцию…

– Пока он внутри машины – можно. – Болт направился к Водяному. – Аккуратно усадим всех троих рядком, пока спят, и сидя доедут.

– А кто третий? – не понял Водяной. – У нас же только двое без сознания.

– Ты. – Легендарный сталкер положил руку ему на плечо. – Тебе так будет легче.

– Я не засну. – Веки Водяного потяжелели, голос стал невнятным.