Слепая зона (СИ)
— С Егором все максимально как надо, он за мной ухаживает и все такое, — объясняю подруге. Потом сдаюсь и добавляю: — Дело в его брате. — Который твой босс? — Который мой босс на ближайшие два года, с которым у нас крайне натянутые отношения. И который вломился ко мне в душ прошлым вечером. — Бог ты мой! Этот секси-гонщик, который платит тебе зарплату, был в твоем душе?! Ты должна все рассказать! Он был голым? — Нет, в дубленке! И он не секси! И платит копейки, жмотина последняя. И вообще, я не знаю, как сказать Егору! И надо ли говорить! У них заезд скоро, Егор второй пилот. Я приехала работать над грантом в сибирский город и попала в ситуацию без выхода. Два брата-гонщика и одна скромная цыганочка.
Или все-таки возможно?
Мотор в груди ревет ровно, я двигаюсь нарочито медленно, чтобы выглядеть естественно среди коллег. Живу в текущем моменте, не думая, не планируя, не оглядываясь.
В отличие от Егора я всегда избегал чрезмерного риска, что и способствовало победам на ралли. Брат больше выпендривался перед зрителями и регулярно вылетал с трассы, хотя врожденные данные у него отменные. Причем во всех сферах, начиная с внешности и заканчивая реакциями.
Элина бросает на меня быстрый взгляд и, чуть порозовев, моментально отводит глаза. Я зависаю на ней, пропуская мимо ушей ее же слова. Дергаюсь.
Служебные романы не поощряются. Узнают — вылетим оба.
Ведем себя, блядь, непринужденно.
Я размышляю, что делать с новой информацией по Егору.
Трепло. Понимаю, почему он наврал об Эле, но не принимаю. И все же поднимать эту тему не хочу.
Егор. Иногда дело не только в красоте и таланте, брат. Вернее, зачастую. Мы все рождаемся с разным набором характеристик и возможностей, а потом начинаем себя прокачивать с тем усердием, на которое способны во имя цели и результата.
Некоторые от рождения удачливее, другие — усерднее. В итоге неочевидно, кто придет к финишу раньше.
Элина бросает на меня очередной строгий взгляд и возвращается к презентации. Пахнет она наркотически. Я думаю об этом на работе, пока решаю задачи на многие миллионы. В венах не кровь, а какое-то новое топливо. Вот что нужно патентовать, наверное.
В цехе четыре часа обсуждаем с командой еще один метод очистки. Тошнит уже от разговоров. Кофе выпили по ведру, жрать нечего, пиццу заказали, но она не доехала. Баллы нам начислили, только в желудке от этого не прибавилось."
"Москва бодро отвечает на вопросы, подробно объясняет, как проходили тесты для ее патента и какого результата удалось добиться.
Говорим вполголоса, как заговорщики. Такого в нашей стране еще не делал никто. Если попробуем и провалимся — это будет потеха.
Расчеты, мать их, красивые, но местами кривые. Соглашаться на такие трюки точно не в моем стиле — спать же потом не смогу. Сука, ответственность.
Наблюдаю за тем, как Элина небрежно поправляет волосы, оголяя шею, как плавно жестикулирует, объясняя матчасть. Снова подвисаю. Улыбаюсь ее странноватым шуткам, ощущая на себе диковатые взгляды коллег — с чего бы? Обычно на работе я не самый веселый.
Глаза у нее и правда колдовские, красиво горят энтузиазмом. Умная девка, недооценил я ее с первого взгляда.
Миха кивает медленно, слегка неуверенно. Ему не нравится.
Да, идем вслепую, будь что будет. Движемся на доверии. На чертовом доверии, потому что мне пиздец как понравилось трахаться со своим экологом.
Сам от себя охреневаю. Голову опускаю, пытаюсь мыслить.
Ребята высказывают сомнения, пытаются придраться.