Архитектура любви

И Лера, и Радос вздрогнули.

– К чёрту. Не буду открывать, – она потянулась и начала раздеваться.

Из-за двери помимо стука внезапно раздался голос Виталика:

– Лер, открой. Я всего на полчаса.

Радос покачал головой и прикрыл лицо ладонью:

– Неужели даже Дима оказался бессилен?

– Да пошли они все.

Лера легла в прохладную постель и сразу закрыла глаза. Радос помешкал с минуту, но потом тоже разделся, забрался к Лере под одеяло и прижал её к себе, уткнувшись носом в её ароматные тёмно-русые волосы.

По плану в этот вечер они должны были устроить эротическое веселье с наручниками. Вместо этого Радос, лёжа с закрытыми глазами, медленно и неохотно осознавал, что это была их последняя ночь вдвоём. И больше всего ему хотелось просто обнимать уставшую Леру и вдыхать её запах.

В какой-то момент он задумался слишком глубоко и не заметил, как провалился в тяжёлый тёмный сон…

Глава 4

Лера открыла глаза через секунду после звонка будильника. На часах было 6:30.

– Рад…

– М…

– Просыпайся. Тебе нужно вернуться в свой номер.

Радос, уснув накануне рядом с Лерой, пробыл с ней в итоге всю ночь. Ему снился чёрный тягучий океан, из которого он пытался выйти, но волны упрямо тащили его всё дальше от берега.

– Сколько времени?

– Полседьмого. Тебе лучше поторопиться.

– А вдруг Стас так и сидит у тебя под дверью?

– Скажешь, что мы всю ночь рисовали графики для Гришина. Они мне реально снились…

– Виталик – псих. Не знаю, как тебе хватает сил с ним работать.

– А мне и не хватает.

Радос поцеловал сонную Леру в висок, быстро оделся и тихо вышел.

* * *

Тренинг закончился к обеду, и женская часть коллектива закрылась в номерах, чтобы успеть привести себя в порядок перед началом торжества.

Лера натыкалась на выразительные взгляды Виталика, но предпочитала не реагировать. Вернувшись в номер, она быстро проверила текущие отгрузки, ответила на несколько самых срочных писем и ушла в душ.

Сквозь шум воды она слышала, как сначала кто-то (Виталик) упорно пытался ей дозвониться, а потом и достучаться в дверь. Лера никак не могла понять, откуда взялась его бешеная одержимость работой. Он и раньше был знатным трудоголиком, но теперь стал абсолютно невыносим.

Высушив волосы, она уложила их небрежными волнистыми локонами. Радос называл эту её прическу – “после бурных ласк”.

– Радос…

Она вспомнила, что сегодня он будет с женой. По её же инициативе.

В дверь снова постучали. Лера без особого настроения открыла Виталику, совсем забыв, что из одежды на ней было только полотенце.

– Что?

Он молча таращился на еле прикрытое стройное тело Леры.

– Э… Я… Ты не одна?

– Заходи, – она впустила его в номер и выжидающе присела на стул у окна с разложенной на подоконнике косметикой.