Армагеддон: Омнибус

Шипастый барабан передней рамы вырвал кусок обшивки и искромсал покрышки задних колёс. Машина резко дёрнулась в сторону и ксеносы попадали под грохочущие гусеницы фуры. Вопли перемалываемых тварей заглушили пыхтение мотора.

Стревикц используя общепринятые командные коды, по всем частотам отправлял сообщения имперским войскам, атаковавшим потухший вулкан. Он сообщал, что экипаж недавно появившегося танка тоже сражается за Императора. Легионеры прорвались сквозь царящую в воротах неразбериху, давя всех попадавшихся на пути зелёнокожих и отбрасывая в сторону любую мешающую продвижению технику.

Послышался громкий грохот — это по боевой фуре начали стрелять пушки замаскированные в сборочных сараях и навесах, которые беспорядочно усеивали весь кратер. Орки-канониры наконец-то поняли, что вновь прибывшие сражаются не на их стороне. Манро Кайван вёл огонь из спаренного пулемёта, за ним и погиб. Солдата разорвало крупнокалиберными снарядами."

"Бэйн развернул на шарнире огромную мегабласту, прицелился в орудийную позицию и выкрикивающих проклятья ксеносов и взорвал вражеский бункер.

Он исчез под шквалом снарядов и лазерных лучей. Это брат Джерольд, который стоял позади сержанта и по-прежнему был прикреплён к корме танка-крепости, обстрелял зелёнокожих из лазерной пушки.

Подавив огневую точку, Храмовник навёл оружие “Часового” на цистерны топливного склада. Энергетические разряды воспламенили их содержимое и они взлетели на воздух, что вызвало новые отчаянные крики и вопли орков.

Имперцы всё ещё могут пережить этот день.

— Без пощады! Без сожалений! Без страха! — взревел Адлар, перепрыгивая баррикаду из бочек и листов адамантия, которые окружали укрепление с орудием.

Их было полным-полно по всей фабрике. Некоторые вообще выглядели как пушечные платформы гарганта, скорее всего их просто не успели установить на чудовищном идоле.

Командующий Чёрных Храмовников обрушился на неуклюжих канониров, а его отделение сошлось в рукопашную со сбившимися в кучу орочьими пехотинцами. Твари отступили к огневой позиции, сдуру вообразив, что там будет безопаснее.

Кастелян ударил громовым молотом, расколол череп одному из здоровяков-заряжающих и превратил мелкий мозг ксеноса в мякоть.

Следующая атака оборвала жизнь старшего наводчика, сломав позвоночник и половину массивных костей в теле.

Адлар услышал пронзительное хихиканье, посмотрел вниз и увидел лопоухого истеричного грота, который стоял между штабелями из мешков с песком. Взревев, рыцарь замахнулся молотом, приготовившись разнести вдребезги большую башку гретчина.

И в этот момент в Храмовника на полной скорости врезался грузовик.