Армагеддон: Омнибус

Гвардейцы, которые сражались рядом с ними на пограничных мирах или против них в битвах Империума с появившейся в Ультима Сегментум империей Тау, рассказывали о порочной охоте за головами и актах каннибализма. Даже их наёмные подразделения называли хищниками. И это было правдой. Но больше всего добропорядочных имперцев беспокоил тот факт, что круты с радостью пожирали не только собственных мертвецов или представителей других рас ксеносов, но и при возможности были готовы съесть убитых людей, даже если они сражались на одной стороне."

"Было широко известно, что круты продавали свои услуги растущей империи ксеносов Тау, но в армиях Империума не было большим секретом, что их использовали, как пушечное мясо против общих врагов.

— Это — агент Инквизиции, с которым мне приказали встретиться, прежде чем мы продолжим задание, — Бориско замолчал. — Насколько я понимаю, у тебя должны быть доказательства, что ты союзник Инквизиции? — Произнёс сержант, снова обращаясь к ксеносу. При этом у Павле было такое выражение лица, словно он жевал фекалии.

Крут полез внутрь плаща. Арно мельком увидел его снаряжение. Простая набедренная повязка и доспех из бамбука и высушенной шкуры животного.

На кожаном ремешке на шее висели всевозможные перья и примитивные ксено-амулеты, вырезанные из дерева или кости.

Среди этого барахла был предмет имперского происхождения. Похожий на букву “I”, которую пересекали три перекладины — символизирующие три главных ордоса Инквизиции — а в центре ухмыляющийся череп. Это была инквизиторская розетта, олицетворявшая службу инквизитора — охотника на демонов, охотника на ведьм или охотника на ксеносов — различных ордосов.

Крут протянул её Бориско.

Она была большим, чем символ власти: часто такие вещи оказывались мощными устройствами, способными хранить не меньше данных, чем инфопланшет, включая подробную информацию о кодах допуска и зашифрованных коммуникационных интерфейсах. Не говоря уже о всевозможных иных полезных приборах, таких как подборщик кодов, цифровое оружие и сигнум-трекер, отслеживающий накопленные входящие сигналы.

Павле обернулся и снова увидел недоверие на лицах своих людей.

— Меня заверили, что этот… наёмник — опытный следопыт.

— Наверняка он прикончит нас, когда мы будем спасть, — пробормотал Ферзе.

Сержант не стал обращать внимание на его комментарий — он того не стоил. И всё же взвод нервничал.

Таннгейзер насмешливо фыркнул.

— Ты хочешь что-то сказать, Счастливчик? — отреагировал Павле. Это было уже слишком. Ему и самому пришлось не по душе присутствие ксеноса, но он не собирался терпеть несогласие со своими приказами. Независимо от того исходили они непосредственно от него или от его командования.

— Так точно, сержант, — решился разведчик.