Армагеддон: Омнибус

Храмовники приготовились к неизбежному и услышали нарастающий глубокий хриплый рокот, его сопровождал треск многочисленных расколотых и падающих деревьев. Земля под ногами космических десантников затряслась, как при землетрясении.

Две высоких квои, падая, задели ветвями соседей, спутанные ветки и листья упали на поляну, предвосхищая прибытие чего-то чудовищного, ужасного и чуждого. Несколько деревьев пога на краю прогалины согнулись и сломались, вырванные с корнем, и на открытое пространство в вихре листвы и стелющихся лиан вырвался сквиггот.

Зверь был огромен, добрых двенадцать метров в мускулистых плечах и таким большим, что ксенос-генеторы Адептус Механикус классифицировали бы его как оркеозавра.

У монстра была тупая морда в бронированном шлеме — в этом он ничем не отличался от орков — с неизменным выражением звериной злобы. Невероятно, но, несмотря на яростный забег сквозь лес, на нём всё ещё держалась боевая платформа, прикреплённая к спине толстыми цепями, которые соединялись напрямую со шкурой животного, которая в прочности не уступала броне, и опоясывали брюхо. Быстро стало ясно, что паланкин — это переделанный корпус танка “Зигфрид” криговской модификации за минусом ходовой части. Плечи оркеозавра защищали сцепленные между собой куски покрытых вмятинами бронепластин. Громыхавшая броня покрывала и большую часть боков и похожих на колонны ног зверя. Фактически незащищёнными остались только голова и низ живота.

Паразитирующие на стволах деревьев ползучие растения попытались схватить монстра, пока тот мчался сквозь джунгли, но потерпели полную неудачу.

Земля задрожала под гигантскими ногами оркеозавра, и Храмовники рассеялись с его пути.

Все кроме брата Джерольда.

На фоне огромного сквиггота внушавший благоговейный страх дредноут казался карликом.

— Во имя святого триумвирата Императора, примарха и отца-основателя я отрекаюсь от тебя монстр! — прогремел из вокс-передатчиков корпуса его крик.

Штурмовая пушка загрохотала, пробуждаясь к жизни. Почти сразу же Ансгар увидел, как инопланетная тварь направилась к ветерану Храмовников, а куски её плоти исчезают в кроваво-розовом тумане. Снарядам Джерольда удалось пробить броню и толстую шкуру на ноге монстра.

Чудовище снова взревело, вонючее хищное дыхание омыло древнего крестоносца, словно сухой ветер, забрызгав покрытый шрамами адамантиевый корпус густыми слюнями.

Но шквальный огонь даже не замедлил колоссальное создание. Состоявшую почти из одних мышц шестидесяти тонную тушу разъярённого зверя не остановить несколькими очередями из штурмовой пушки.

Остальные воины истребительной команды также открыли огонь. Болты рикошетили от клёпанного адамантия и сваренных железных пластин.