Армагеддон: Омнибус

Извивающиеся металлические усики сфокусировались на принцепсе, как если бы они использовали сенсоры, принципы действия которых он не понимал. Более того, разъёмы-головы пробили твёрдую почву и с безумной скоростью устремились к нему.

Тут Экхард сделал то, о чём даже никогда и подумать не мог. Он повернулся спиной к древнему гиганту и побежал.

Земля резко взметнулась вверх. Он услышал, как сзади со скрипом скользят и сгибаются механодендриты. Лёгкие распирало, сердце бешено колотилось в груди, громыхая словно поршень. Магнус посмотрел на вершину холма и светло-красное марево неба над ним.

В вышине проносились грязно-коричневые облака. Начинался шторм. Тучи закружились, образовывая круг. Электрические огни беспорядочно вспыхивали в темнеющих небесах — в жарком мареве начали проступать очертания, становясь внушающим ужас ликом.

Посреди туманной дымки плыло лицо его старого наставника — грозного, вызывавшего благоговение великого принцепса, у которого он служил кадетом. Он был здесь, воплотившись в коричневого призрака. В его тёмных прищуренных глазах сверкали молнии.

Принцепс Иуда Уркварт. Страшный лик вернулся, чтобы преследовать Магнуса, и в очередной раз вызвал у того благоговейное уважение.

Он снова почувствовал себя только что закончившим колледж Титаникус зелёным кадетом. Без сомнения, и сам Экхард теперь выглядел не менее грозно в глазах служивших с ним курсантов. Но он был уверен, что дело тут не только в молодости недавно завершивших обучение принцепсов или в том, что они работали под его командованием десятки лет."

"В юности, в самые первые годы единения с древней военной машиной, он и такие как он принцепсы уважали людей, подобных Иуде Уркварту.

И это было правильно. А потому застыв сейчас на месте перед наставником, освободителем Деддоракса, победителем варп-титана Молоха, героем Халловстоуна, Магнус чувствовал себя всего лишь мальчишкой из Схолы Прогениум.

На месте одного из глаз великого принцепса был выпуклый незрячий шар — его рассёк шрам, пролегавший посередине левой половины лица. Уркварт смотрел на ученика с нескрываемым презрением и пренебрежительно ухмылялся. Пристальный взор проникал в самую душу.

— Почему ты бежишь, принцепс? — задал вопрос давно умерший командующий титаном.

Голос пронёсся над марсианскими равнинами подобно грому. Иуда словно выплюнул последнее слово, как будто он не верил, что побежавший Экхард заслуживает это звание.

Магнус открыл рот, чтобы ответить, но в горле пересохло.

— Ну? Так почему ты бежишь от будущего? — пророкотал Уркварт.

— Будущего?

Призрак резко изогнул одну бровь, словно от удивления, хотя остальная часть непроницаемого лика осталась неподвижной.

— Твоё прошлое, твоё настоящее и твоё будущее.