Запасная дочь

— Не переживай так! Все девушки проходят через э… И… В общем, если бы это вредило женщинам, люди давно бы вымерли.

— Да, я знаю, — не сказала — прошелестела, Даниэль. — Можно я… пойду?

Вместо ответа герцог неожиданно сгрёб девушку в охапку и водрузил подбородок ей на макушку.

— Постой, не трепыхайся. Вот так, умница. Смотри, я тебя касаюсь, и ничего страшного, верно? Понимаю твоё состояние, и я сам волнуюсь не меньше.

— Ты? — от удивления Даниэль перестала трястись и попыталась посмотреть мужчине в глаза, приложившись темечком о подбородок герцога. — Ай!

— Ушиблась? — Инквизитор провёл рукой по её голове, а потом потёр собственный ушиб.

— Какая у тебя хорошая голова. Крепкая! Обошлись без переломов, но в следующий раз постарайся не делать таких резких движений. Да, я тоже волнуюсь. Неужели ты думаешь, что мы, мужчины, не переживаем перед брачной ночью?

Неожиданно, да.

— А вы… ты переживаешь? — изумилась Дани. — Но почему? Ты ведь, в отличие от меня… уже это делал?

Выпалила и залилась румянцем.

— Нервничаю из-за того, что тебе будет больно, а я не могу отменить эту боль. Волнуюсь — вдруг тебе наша ночь не понравится? Боюсь тебя обидеть или отвратить от этой стороны отношений, — ответил герцог и развернул тьеру к себе лицом.

— Я хочу произвести на тебя впечатление, в конце концов. И переживаю, что не оправдаю твоих надежд. Так что мы почти в одинаковых условиях — для меня эта ночь будет тоже первой, и именно от меня зависит, как всё пройдёт. Но я обещаю сделать всё возможное, чтобы не разочаровать.

Даниэль только ресницами хлопала — вот это да!

— Я пойду? — повторила она вопрос, и мужчина разжал руки.

Дани стремительно пересекла гостиную, не глядя на кровать, минула спальню герцога, и нырнула в смежную дверь.

— Миледи! — горничная и вправду ожидала её, стоя у двери в купальню. — Приготовить воды?

И Даниэль согласилась — возникло непреодолимое желание немного оттянуть визит супруга. Или получить ещё немного времени, чтобы собраться с мыслями и приготовиться к неизбежному.

Ванна не расслабила, впрочем, Дани позволила себе понежиться минут пятнадцать, не больше.

Внезапно посетила мысль — ведь герцог тоже ждёт! И тоже переживает, он это сам сказал! С её стороны неправильно затягивать процесс подготовки.

— Ваша сорочка, — служанка помогла ей вытереться и показала на кровать, где поверх одеяла лежало нечто белоснежное. — Я помогу её надеть!

— Сама справлюсь, — буркнула Даниэль, но через несколько минут была вынуждена признать — не выходит. — Как это должно крепиться?!

— Всё просто, миледи, — горничная проворно расправила ткань. — Поднимите руки вверх. Вот так! Видите, сорочка держится на лентах, а узел только один, вот здесь.