Арса (СИ)

Но немощь деда не остановила бы нас, если бы мы всерьез решились уйти, забыв, что остались последними хранителями ворот.

-Что-то я не заметила ничего особенного в этих воротах, когда мы шли мимо них!

-Если бы меня не было с вами, - терпеливо объяснил Людота, - вы бы вообще в них не вошли!

-Можно подумать! - фыркнула княжна,-

-Ты мне не веришь? - удивился Людота, - ну что-же, может попробуешь выйти из поселения, а потом снова войти в ворота, но только теперь без меня?!

-Ну… - Влада боязливо посмотрела в окошко и, вздохнув, ответила, - прости, мне просто очень страшно и неуютно в вашем поселке.

Поселение, в свете быстро угасающего дня, казалось особенно жутким. До сумерек оставалось всего ничего, а в домах, угрюмо темневших на фоне короткого ноябрьского дня, ни зажглось ни одного огонька. Мороз на улице все крепчал, но трубы в домах оставались холодными и мертвыми. Их нутро не исторгло ни единой струйки дыма.

Людота открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебил такой горестный женский плач, что спорщики тут же бросились туда, где остались дедушка, раненный хазарин, и Любава.

Они застали душераздирающую картину. Женщина билась над телом умершего хазарина, уставший дед сидел с поникшей головой.

На улице совсем стемнело. Ветер выл, как бы вторя женщине, и методично хлопал незапертой дверью.

Звук ветра заставил Добрита встрепенуться. Поглядев на вошедших в комнату Людоту и Владину, он спросил:

-Через сколько часов они придут? Борясь за жизнь Сакела, я совсем забыл об опасности.

-Сейчас часов семь, - задумчиво проговорил Людота, посмотрев в окно, - значит часа через четыре, не раньше! Не ахти сколько времени, но надо постараться справиться. Я сочувствую вашему горю, - сказал он, учтиво обратясь к обессилевшей от слез женщине, - но если мы не возьмем себя в руки, то через несколько часов с нами произойдет такой ужас, что эта смерть, - он кивнул в сторону хазарина, - покажется вам такой же желанной, как сладкий сон!

В комнате заметно похолодало.

Влада поежилась и запахнула покрепче шубу.  Любава подняла голову и как будто в первый раз увидела тех, кто ее окружал. Через несколько минут взгляд женщины приобрел осмысленность. Она еще раз посмотрела на хазарина, а потом оглядела по очереди Людоту, Добрита и Владу.

Наконец она прошептала:

-Расскажите мне все! Я приму любую правду, только не говорите, если моя девочка погибла.