Аш. Пепел Ада

"

"— Я …лишь…хотел…доставить тебе удовольствие…мой Господин…

— Мое удовольствие, Ибрагим, в том, чтобы она оставалась такой какая есть, а не покорной на все готовой сучкой, которая раздвигает ноги от страха или желания вознестись к престолу и занять место Миены. Я. ХОЧУ. ЕЕ. ТАКОЙ. С этой секунды ты лично охраняешь Падшую. Ты и никто другой. Хоть волосок, хоть одно лишнее телодвижение, и я сожру твое сердце на ужин. Я доходчиво говорю?

Пальцы сжались сильнее, и инкуб закашлялся, захлебываясь кровью.

— Не слышу ответ?

Инкуб кивнул.

— Не слышу!

— Да…мой…Повелитель.

Через секунду Ибрагим лежал у ног Аша, а демон склонился и вытер руку о балахон управляющего.

— Теперь приведи ее ко мне.

Инкуб не ушел, и демон медленно повернулся к управляющему, глаза сверкнули огненными сполохами.

— Что еще?

— Если вы хотите, чтобы она смотрела на вас, иначе перестаньте пугать ее. Падшая привыкла к другому миру, для нее нахождение здесь само по себе стресс.

— Я не нуждаюсь в твоих советах.

— Вы нуждаетесь в ее присутствии и в эмоциях, которые она вам дает.

— Пошел вон!

— Дайте ей ласку, мой Господин. Женщин из мира смертных не берут силой. Представьте, что она хрупкий хрусталь и разобьется под вашими пальцами, прикасайтесь к ней как к кристаллам эльфов, которые рассыпаются в прах от давления. У смертных это называется нежность. Я могу рассказать…

— ВОН Я СКАЗАЛ!

* * *Я боялась вечеров и ночей, когда немые служанки мыли мое тело, втирали в него разные настои и благовония, расчесывали мои волосы и заплетали их в замысловатые прически, закалывая золотыми шпильками. Надевали на меня безумно красивые и странные одеяния, скорее подчеркивающие наготу, чем скрывающие то, что под ними. Я не любила эти церемонии приготовления ко сну, потому что каждый раз в ужасе смотрела на дверь почти до рассвета, прислушиваясь к каждому шороху, к движению воздуха, опасаясь уснуть и не заметить, как он придет ко мне. Но демон не появлялся уже несколько ночей, а я носа не показывала за апартаменты, отведенные мне рядом с его спальней.

Я надеялась, что и эту ночь я проведу хоть и в ужасе, но в полном одиночестве. Пока не появился инкуб, он лишь глянул на рабынь и те смиренно, унизительно раскланиваясь удалились, я судорожно сглотнула и попятилась подальше от него. Теперь я боялась и его тоже.

Ибрагим прикрыл за собой дверь, но с места не сдвинулся.

— Он хочет видеть тебя сегодня ночью.

Мое сердце ухнуло и замерло, все тело содрогнулось от ужаса.

Инкуб болезненно поморщился, видя мое выражение лица.

— Идем. Мне велено отвести тебя к нему.

Направился к двери, и я последовала за ним, сжимая руки в кулаки и пытаясь унять дрожь во всем теле.

— Прекрати трястись, — прошептал мне на ухо, — прекрати и помни что я тебе показал.