Астра. Исцеление любовью

Спина болела, видимо я всё же потревожила ранки.

Разлепив глаза, посмотрела на мальчишку и не смогла сдержать улыбку. Взъерошенный, с полосой на лице от подушки. Дитё-дитём, но хмурится, желая казаться старше, взрослее.

— Проголодался? — улыбнувшись, погладила по щеке. — Растопи пока печь, а я умоюсь.

Можно бы было сделать всё самой. И растопить, и завтрак приготовить. Но я понимала, что мне нужен будет помощник, а кроме Кита, просить некого. Это сейчас я полна сил и энтузиазма, но если взвалить всё на свои плечи, не известно, сколько я продержусь.

А ещё, я хочу научить Кита разбираться в травах. Мужчин травников нет, это считается женским делом. Но ведь как замечательно будет, если Кит сможет помочь себе вылечиться или поможет кому-то другому.

Пока я приводила себя в порядок, Кит уже растопил печь и даже поставил кипятиться воду на чай. Улыбнувшись такой самостоятельности, я поманила сына к себе.

— Давай, я научу тебя варить кашу.

— С молоком? — заинтересовался мальчишка, сглатывая слюну.

— Конечно, какая же каша без молока, — улыбнулась, стараясь скрыть боль. Кит ещё долго будет зависим от еды. И изменится ли это когда-то я не знаю.

Я отошла от печи и только руководила и наблюдала, вовремя поправляя. Сколько налить молока. сколько воды, когда и в каком количестве класть крупу. А чтобы мальчишка не скучал и не пытался с кашей экспериментировать, рассказала ему небольшую историю, как два брата кашу варили, пока мама по делам ушла.

— Она прям может убежать? — удивленно переспросил Кит.

— Конечно, — фыркнула я. — Если много крупы закинешь. И молоко может убежать, если забыть о нём. так что готовить надо внимательно, понял?

— Понял, — кивнул мальчишка. — А ты тоже будешь уходить надолго? И сейчас учишь меня, чтобы я не испортил кашу?

— Я не знаю, буду ли уходить, — вздохнула я. — Но точно часто буду занята. Например, в огороде. Или буду варить мази, понимаешь? А ты пока будешь готовить нам.

— А мази варить научишь?

— Научу, — рассмеялась я. Жадный до знаний ребёнок. Если бы не тяжелое детство, то был бы абсолютно обычный ребёнок, а не тревожный малыш, вздрагивающий всякий раз, как скрипнет половица.

Плотно позавтракав, мы прибрали за собой посуду. Пока я искала корзины, пока готовила одежду, Кит вымыл тарелки и кружки.

— Ну что, идём? — спросила мальчонку, выходя из дома.

Кит смотрел на лес с неприязнью. Долгая дорога по лесным колдобинам и по тропкам между болотин надолго засела в его памяти. о мы не пойдём в тот лес. Теперь нам не стоит появляться в той стороне, а не то ещё кого встретим из знакомых."

"Поэтому я повела Кита в наш с бабушкой лес. Я его знала отлично, так что мы точно не заблудимся. Более того, в памяти Астры были и места, где растут редкие растения.