Ассирийский мушаркишу

Значит, одну половину года буду жить при нормальной для меня температуре воздуха, а вторую — при терпимой. К тому же, в городе много пустующего жилья. Девять лет назад Шаррукин захватил Халеб и переселил горожан во внутренние районы империи, а сюда ссылал небольшие партии из других захваченных территорий. Как мне рассказал купец, у которого я служил, пока что численность населения не восстановилась и наполовину.

Хозяином постоялого двора был хетт по имени Хантиль — мужчина сорока трех лет с наполовину седой бородой и бровями настолько густыми и длинными, что нависали над глазами, отчего казалось, что все время хмурится. Не знаю, почему, но я сразу понял, что он именно хетт, хотя ни лицом, ни одеждой не отличался от тех, с кем я прибыл в город. Может быть, его восхищенный взгляд на Буцефала сыграл роль. Ассирийцы и другие народы, населявшие теперь эти места, глядели на крупное животное с испугом.

— Красивый у тебя конь, — похвалил он на арамейском языке, когда я отводил Буцефала в конюшню.

— Ты не поверишь, но я тоже так считаю, — шутливо произнес я на хеттском.

— Откуда ты знаешь наш язык? — удивленно спросил он.

— Когда-то воевал в одном отряде с твоими соплеменниками, но, хоть убей, не помню, где и против кого, — ответил я.

Пусть думает, что сражались мы против ассирийцев, поэтому я и не хочу говорить на эту тему. Он ведь не поверит, что это я лет пятьсот назад переселил большую часть хеттов на Апеннинский полуостров. Хантиль правильно понял посыл и больше не касался этой темы.

— Если что надо будет, обращайся, — предложил он.

— Разве что ответы на некоторые вопросы, — поймал я на слове и спросил: — Не подскажешь, как здесь получить жилье? Можно занять любой дом или надо разрешение?

— Дома на окраине, маленькие, старые, можешь занимать без спроса, а за те, что ближе к центру и получше, надо будет доплатить старшему по тому району города или даже самому шакну (губернатору). Спросишь у жителей, они подскажут, где его найти, — проинформировал он и поинтересовался в свою очередь: — Хочешь обосноваться в Халебе?

— Надоело шляться. Хочу завести место, куда буду возвращаться, где меня будут ждать. Мои все погибли, — выдал я, не вдаваясь в подробности.

— Город хороший. Я собирался пожить здесь год-два, а потом вернуться в Мелиду, откуда меня переселили. Четыре года уже в Халебе и больше не думаю уезжать, если беда какая-нибудь не случится, — поведал он и предложил: — Если останешься, я сведу тебя с людьми, которые разводят лошадей. Твой жеребец хорош в производители, заплатят за это."

"Как мне рассказали, хетты во всех царствах занимаются разведением, объездкой и тренировкой лошадей.