Ассирийский мушаркишу

Захотелось посмотреть, какой результат даст этот злак на темно-серой почве. Не прогадал, потому что два месяца дожди лили, как и раньше, а потом сделали продолжительный перерыв почти до весеннего равноденствия. Ячмень, привыкший к засушливому климату, перенес это легко и выдал почти по двенадцать центнеров с гектара. Наверное, были какие-то потери, но сравнивать мне не с чем, пшеница не в счет, поэтому не узнал о них. А вот многие мои соседи влетели. Посмотрев, какие урожаи пшеницы я собирал в предыдущие годы, посеяли ее. В итоге из-за засухи сильно недобрали зерна. Само собой, виноват был я."

"Распродав излишки зерна и добавив заработанное на мыле, я купил сразу десять кобылиц, которых обрюхатил Буцефал, и крепкого молодого жеребца, чтобы водил их за собой на пастбище. Предыдущие семь скоро ожеребятся, так что табун получится приличный. Беременность у лошади длится от трехсот дней и более. Через неделю-две готовы к новой случке. К тому времени их с жеребятами закроют в специальном загоне. Мне сообщат, чтобы приехал на пастбище на Буцефале, который покроет этих кобыл снова. Второй жеребец в это время будет водить табун беременных кобыл и жеребят, не имея от этого никаких удовольствий.

По рекомендации хеттов-компаньонов нанял для табуна двух пастухов — смурных типов с узкими бородатыми лицами. Живут они в деревне неподалеку от пастбищ. Земли там неплодородные, каменистые, так что выживают, как умеют. С ними были три собаки: два кобеля и сука, которая, судя по объемному животу, должна скоро ощениться. Не знаю, какой они породы. Похожи на смесь мастиффа с немецкой овчаркой. Окрас палевый с рыжим, черным, серым и белым. Голова крупная с короткими брылями и широкой нижней челюстью. Уши висячие. Хвост сильно загнут в последней трети. Рост сантиметров восемьдесят-девяносто, вес семьдесят-восемьдесят килограмм; у суки эти показатели меньше процентов на десять. Говорят, отличные волкодавы, смелые и выносливые. Сами добывают пищу, но могут увлечься охотой и надолго оставить хозяина и табун. Я заказал у пастухов щенка-кобеля для себя. Будет дом охранять и охотиться вместе со мной.

В год пастухи и собаки будут обходиться мне в тридцать шиклу серебра, шесть курру ячменя и два отреза ткани. Плюс обязан доставить на пастбище пять арб соломы, чтобы лошади не голодали в конце жаркого периода. Одного обученного жеребца-трехлетка мушаркишу — императорский чиновник, отвечающий в провинции за закупку пригодных для армии лошадей — платит по сто шиклу за предназначенных для колесниц и сто двадцать за верхового. В моей провинции Бит Агуши пока такого чиновника нет. Придется гнать в Каркемиш. Все равно овчинка стоила выделки.

Зерно и фураж я отправил пастухам сразу же.