Атомный перебежчик

Мы пришли в Норвегию помочь вам уничтожить оборудование завода и запасы тяжелой воды.

– Вам пора уходить, – опустил голову норвежец.

Было понятно, что этот опытный и смелый моряк, который не боялся ничего на свете, смущен. Он говорил не своими словами и выражал не свои мысли. А чьи? Англичан? Джорджа Гилберта? Скорее всего, именно они не хотят подпускать русских к этой операции. Вон и Хольмен, которому мы спасли жизнь, глаза отводит.

– Дайте нам оружие, и мы пойдем с вами вместе, – твердо заявил Шелестов. – И будем умирать с вами рядом, если это будет необходимо. Если вы не доверяете нам, то не давайте нам оружие, а просто возьмите с собой. Мы сами добудем его у врага и будем сражаться!

– Хевард Лунд даст вам оружие, – ответил Баккен. – Вам пора уходить."

"Максим решил все же настаивать на своем. Не применят же норвежцы силу против них. Ведь русские столько им помогли за эти дни. Но тут он услышал голос. Человек что-то сказал, всего пару фраз с сильным английским акцентом. И почти сразу, откинув брезент, вошли трое партизан с автоматами в руках. Лицо Баккена, которое уже начало смягчаться во время разговора, снова стало каменным, будто кусок скалы, обветренный на побережье моря.

– Уходим, – процедил Шелестов сквозь зубы. – Сейчас говорить уже бесполезно.

На этот раз обошлось без лыж. Русских посадили в кузов грузовика, и несколько часов они тряслись и мерзли, пока машина колесила по горным дорогам, буксуя в рыхлом снегу. Тогда группа выходила и дружно толкала грузовик. Это была единственная возможность хоть как-то согреться во время унылого ночного путешествия через заснеженные леса и обледенелые горы.

Наконец, машина выбралась на ровное место и покатилась между высокими прямыми соснами. У одинокого каменного дома, прижавшегося к скале на краю поляны, стояли люди. Когда грузовик остановился, Шелестов поднялся в кузове в полный рост и сразу увидел, что вместе с норвежцами стоит Буторин. Живой и здоровый.

– Виктор! – Шелестов перемахнул через борт и, подбежав к Буторину, схватил его за плечи и порывисто обнял. – Живой! Черт, мы уж не знали, что и думать. Живой! Молодец!

– Нормально! – обрадовался Буторин. – Вы как тут с ребятами?

– В норме. Все добрались. Вот они. – Шелестов кивнул на машину, откуда на снег спрыгнули Сосновский и Коган.

Обнявшись с друзьями, Буторин повернулся к норвежцам, с которыми ждал машину:

– Знакомьтесь, это Хевард Лунд, командир партизанского отряда. А это моя спасительница Мэрит.

Бойцы партизанского отряда остались на улице охранять, машина уехала. А группа Шелестова уселась в доме возле очага за дубовым столом. Горячая еда была как нельзя кстати, после долгой поездки в открытом кузове машины все основательно продрогли.