Атомный поезд. Том 1
Выпускник ракетного училища лейтенант Кудасов получает распределение на сверхсекретный объект и оказывается в центре сложнейшей оперативной комбинации ЦРУ, направленной на уничтожение самого опасного стратегического ядерного объекта России.
– Если уж так не терпится, сразу бы и сказал!
– Молчать, сука! Сумку сюда!
– У меня нет денег!
Марине приходилось бывать в переделках, но сейчас интуиция подсказала, что в столь опасные ситуации она еще не попадала.
– Сумку давай!"
"Сильная рука вырвала сумку «домино», распахнула застежку и вывернула все содержимое на пол. Ключи, нетолстый кошелек, платок, крохотный флакон духов, пудреница, несколько пачек презервативов «Дюрекс», специальный компактный диктофон с остронаправленным сверхчувствительным микрофоном, сотовый телефон «Нокия» с вмонтированным фотоаппаратом, в котором был переделан объектив.
– Что это?! – зловещим тоном спросил большеголовый.
– Это? Это мои вещи…
Договорить она не успела. Нападавший сильно ударил девушку в солнечное сплетение, а когда она согнулась, захватил ее голову под мышку, предплечьем перехватив горло, и резко встряхнул. Хрустнули позвонки. Убийца затащил безвольно обмякшее тело в кабинку, поднял диктофон и мобильник, остальные вещи ногой отбросил в угол и выскочил наружу.
Через несколько минут его в «Ночном прыжке» уже не было. А Слепницкий ушел еще раньше, перекинулся парой слов со знакомым менеджером, вежливо попрощался с охранником у входа, заполучив на всякий случай сразу двух свидетелей.
А в дамском туалете струйка воды, вырывавшаяся из горбоносого крана, все еще шумно вылизывала и без того гладкий фаянс.
* * *Литерный поезд застрял на небольшой станции Волчки в Челябинской области по вполне объективной причине – ремонт путей. Этой уважительной причиной железнодорожники могут оправдать любое нарушение графика, не говоря уже о десятиминутной задержке, деле совершенно обыденном и вообще никаких оправданий не требующем. Тем более что литерный не простоял еще и пяти минут, когда в кабинете начальника отделения дороги Талубеева зазвонил телефон прямой связи с начальником дороги.
Тот энергично подхватил трубку, молодцевато гаркнул, чтобы продемонстрировать свою энергию и необходимость.
– Слушаю, Василий Петрович, Талубеев!
– Ты получал телеграмму по литерному?! – тоном, не сулившим ничего хорошего, произнес начальник дороги.
– Получал, спустил по линии, как всегда точно в срок!
– Ты, видно, себе что-то в штаны спустил! – загремел начальник дороги. – Литерный поезд стоит в Волчках, а ты мне какую-то херню плетешь!
Талубеев вспотел, покраснел и зачем-то встал.
– Так ведь там ремонт… Шпалы прогнили, перекладывают…
– Ты что, совсем баран?! Мне из Москвы звонят и грозят тюрьмой, а ты там шпалы перебираешь?! Ты инструкцию знаешь?!
Никогда Талубеев не слышал, чтобы начальник так орал. Надсаженный голос, бранные слова… До него стало доходить: случилось нечто ужасное.
