Байки нефтяного Севера

Может и есть где-то на свете что-то такое — вот только не в Стране Советов. Смешно и говорить — ну, какой у нас может быть терроризм?! Все, что было, то и отшумело при Савинкове и Дзержинском и уже никогда не вернется. Там где-нибудь, в Северной Ирландии, в Южной Африке, на Западном Ириане… а у нас… не надо смешить людей! В нынешней жизни у советского человека главная опасность — челюсть вывихнуть, когда зевает. Господи, да кончится когда-нибудь эта тягомотина, вожди на трибунах, очереди с талонами, единый политдень, глушилки, сельхозработы? Попозже один из следующего поколения выразил это так: ""Перемен, мы ждем перемен!"" Как хохлы говорят: ""Хай гiрше — та iньше!"" Тем более, великий человек, создатель водородной бомбы, надеется, по слухам, что когда-нибудь удастся совместить блага капитализма и социализма, свободу с надежностью. Да-а, как молоды мы были! Кто это там говорил, что все учатся на ошибках, но умный человек — на чужих?

Но пока мы лясы точим, празднословим насчет шпиёнов и техники безопасности, где-то там в отделе родилась служебная записка на ту же совершенно тему. Пожила, обросла визами и экспертными заключениями. Кого-то похвалили за бдительность, кому-то намекнули, что: ""Мух, — мол, — не ловите, опочили на былых лаврах, так и на пенсию недолго"". Ну, и поехало. Прихожу, как всегда, в субботу платить за свою комнатушку, а мне говорят, чтобы освобождал помещение, есть указание из адмхозотдела объединения очистить гостиницу под большой заезд из столицы. Щщас! Куда я? Палатку в скверике ставить? Холодновато — январь. Давеча вообще минус пятьдесят было, так первый раз в жизни гало видел. Солнце невысоко стоит, прямо над заобским лесом, а к нему еще четыре побледней: слева, справа, сверху и снизу. Вот, такое дело, наверное, император Константин перед сражением видел, как описано и нарисовано у Фламмариона в старой книжке. Я и рот раскрыл, чуть миндалины не застудил. Во дела! Но красота — красотой, а чё же с гостиницей делать? Я, на счастье, недавно из московской командировки вернулся. Еще апельсины раздать не успел. Так что сходил в объединение, Нину Палну угостил, потом в гостинице администраторшу Люсю. Хоть и строгое указание, но не круче килограмма апельсинчиков деткам к ужину в маловитаминном Нижневартовске.

Но много народу все-таки выселили. Приезжаю вечером домой с месторождения — совсем у меня в проходной комнате новые соседи, таких пока и не бывало. Три полковника, один просто милицейский, два других в армейской повседневной форме с петлицами и погонами внутренних войск. И в буфете гостиницы кителей полно. Пара дней прошла в утренних приветствиях и вечернем ""Доброй ночи"". Ну, я еще пару раз уточнил им, как старожил, где в гостинице что находится.