Багряная радуга
Виконт д,Оффуа с женой едет в Стамбул, чтобы вступить в должность первого секретаря посольства Галлии в Османской империи. Почетное назначение для молодого человека, не сулящее серьезных проблем. Если бы жена не была единственной законной наследницей тунисского паши, убитого когда-то по приказу дяди султана. Само ее существование создает проблемы новому паше и его стамбульскому покровителю. Единственная защита - дипломатический иммунитет, но так ли уж она надежна в магическом мире, так похожем на наш начала 17 века?Не очень, если родная страна вовремя не вспомнит о своих слугах, брошенных в горнило жестокой интриги. И если вовремя рядом не окажется друзей, готовых рискнуть для их спасения своей жизнью.
В углу сидел неброско по-европейски одетый молодой человек, похожий на одного из многочисленных приказчиков, загнанных в этот город богатыми купцами, не желающими лично общаться с местными авантюристами и жариться под жестоким солнцем Магриба.
Если бы не седина в волосах, шрам, изуродовавший левую щеку, и не висящая под левой рукой сабля. Без каких-либо украшений, в дешевых ножнах и с рукояткой, обмотанной акульей кожей. Именно такие предпочитают настоящие бойцы, доверяющие оружию свои жизни.
— Приветствую, Эймон. Давно не виделись.
Разговор длился не больше получаса, после чего Линч покинул лавку ювелира, неся в руках дорогую покупку — украшенную самоцветами саблю работы знаменитых дамасских мастеров.
Поход к ювелиру оправдан, пора нанести визит к Хафтар-малику, а то как бы поздно не оказалось, не дай Спаситель, обидится этот Великий, прости господи."
"Вот его дом… нет-нет-нет, дворец! Меньше, чем у паши и даже его визиря, но все же. Как-никак принадлежал предшественнику. Не паше, конечно, а такому же пирату, считавшему, что поймал за бороду самого Пророка.
Дело было незадолго до того, как шесть лет назад напали на Тунис орды кочевников, убившие прежнего пашу и вырезавшие его семью. Как-то так получилось, что после изгнания тех кочевников одновременно новый паша надел корону Туниса, а Хафтар торжественно въехал в освободившийся дворец казненного пирата.
Что же, пора и войти к этому великому человеку.
— Стоять! — Как из-под земли вырос коренастый мажордом в ярко-желтом парчовом халате. — Кто? Куда? Зачем?
Спрашивает так, будто видит посетителя впервые. Но что делать, здесь положено давать очевидные ответы на глупые вопросы.
— Капитан Линч. К господину Хафтар-малику.
Именно так, «вопросы торговли», а не сбыта награбленного. Солидность, однако, культура, твою сестру.
— Прошу подождать. — Мажордом приглашающе взмахивает рукой в сторону дворика, где прохаживаются такие же, как Линч, разбойники, усиленно делающие вид, что незнакомы друг с другом. — Я доложу господину.
Делать нечего, пришлось ждать, изображая провинциала, впервые попавшего в богатый дом: хлопать глазами, шлепать себя по ляжкам и восхищенно вздыхать.

















