Бандит. Заберу тебя у мента (СИ)
Я забегаю домой, молниеносно скидываю туфли, куртку и мчусь в ванную. Достаю тест. Сердце колотится так, что, кажется, его звук слышен и в других комнатах. Я делаю всё, как указано в инструкции, затем сажусь на край ванны. Несколько минут кажутся мне бесконечностью. Сейчас всё встанет на свои места. Я смотрю на тест так, как будто он ещё умеет делать и тест на отцовство, если необходимо. Наконец время вышло. Проявилась одна полоска. – Фух, я не беременна. Волна облегчения проходит по моему телу. Но вместе с ней пришло и лёгкое разочарование. Но, Эля, сама подумай: беременность была бы сейчас совершенно некстати. Ну, славно, меньше проблем. Я кладу тест на край раковины и пару раз окатываю своё лицо холодной водой. Чувствую, как капли воды беспорядочно падают вниз. Беззаботно выдыхаю. Свежесть. Случайно мой взгляд снова падает на тест. – О нет. Нет, господи! Две полоски. Внутри меня всё перевернулось. Я прижимаю руки к груди, ощущая, как сердце бешено стучит. Кладу одну руку на живот. – У меня будет ребёнок. Разговариваю сама с собой. Но как я скажу Сергею? В голове закружились мысли: а вдруг это не его ребёнок? А если я ему стану не нужна с чужим ребёнком?
Миха хватает листок из рук молоденькой медсестры, кричит «спасибо» и бежит за мной.
— Серый, мы вернём её!
— Да ну тебя, — машу рукой, — пойдём быстрее.
Плен
Выходим из больницы, подходим к автомобилю Игоря. Он вежливо открывает мне дверь и помогает удобно разместиться, отодвигает сидение, чтобы сделать больше пространства для ног.
Я сажусь аккуратно. На моей щиколотке большая ссадина, заклеенная квадратными пластырями. Правая кисть обмотана повязкой. Бинт с головы уже сняли, но сказали ни в коем случае не делать резких движений и пить какие-то таблетки.
Осматриваю машину изнутри. Не чувствую комфорта. Всё здесь мне знакомо, но одновременно кажется чужим.
Как странно, привычное мне вдруг перестало быть своим, а стало чем-то далёким и незнакомым на эмоциональном уровне.
— Куда мы едем? — спрашиваю я.
— Домой, — сухо.
— Я не хочу, там твоя мама.
— Мы едем в наш дом, там её не будет. Ты же хотела жить отдельно. Я исполняю.
Какое-то волнение охватывает моё сердце, беспокойство, словно всё не так, как надо.
— А кто этот мужчина в больнице, я его знаю?
Игорь напрягся, не ожидая вопроса.
— Знакомый, жену встречать приехал.
— А что с его женой? — не отстаю я.
— Ногу сломала, чёрт с ними, Эля, — раздражённо отвечает.
— Мы знаем друг друга? С его женой? — пытаюсь разобраться.
— Не думаю.
— Наверное, очень любит жену? — не унимаюсь.
— С чего ты взяла? — сдерживает агрессию.
— С цветами встречает, — отвечаю с грустью в голосе. — Я тоже помню цветы и самолёт.
— Это не показатель любви. Главное — поступки, — замолкает и продолжает через полминуты, — ну да, всё правильно, в день отъезда ты сказала, что беременна, я подарил тебе цветы.
Молчу, но не могу забыть его лицо, и цветы в его руках. Почему он на меня так смотрел? Опять картинки в голове. И этот знакомый запах, от этого мужчины, сладковатого инжира и тонкий шлейф табака. Какой-то близкий и родной запах. Картинки сопровождаются головной болью. Она не даёт вспомнить ничего.
— А какое сегодня число? — хочется вспомнить хоть какие-то детали этого месяца и оттолкнуться от сегодняшней даты.
— Восемнадцатое, кажется.
Он едет незнакомой мне дорогой. По шоссе, потом куда-то заворачивает, прямо и снова поворот, какой-то лес, даже озеро проехали. Понятия не имею, куда он меня везёт и почему от города так далеко? Была ли я в этом месте?
* * *Мы приехали в загородный дом. Он выглядел очень добротным: брусовой, двухэтажный, за высоким забором, который открывается пультом. Во дворе виднелся небольшой песчаный бассейн. А тропинка к дому была выложена заливными камнями, вдоль которой красовались старинные фонари, придавая этому месту особый шарм. Ровные газоны и хвойные деревья. Никаких цветов.
— Мы не взяли мои вещи, — беспокоюсь я.

















