Бандит. Заберу тебя у мента (СИ)

Но теперь, стоя на верхней ступеньке лестницы, ведущей вниз, я чувствую, как внутренняя тревога разрастается. Казалось бы, я должна быть счастлива: мечта о доме сбылась, и свекрови больше нет рядом, чтобы разрушать моё счастье. Однако, внутри поселилась странная пустота, будто я потеряла нечто важное на пути к этой цели. Чувствую дискомфорт.

Когда я спустилась на кухню, реальность нанесла ещё один удар.

Вижу какую-то женщину. Стоит у плиты спиной ко мне. Неужели у нас ещё и домработница завелась?

— Доброе утро, — громко говорю я.

Женщина поворачивается и… О, боже, я вижу Аллу Леонидовну, жарящую гренки. Останавливаюсь в ступоре, не верю своим глазам. Может, мне это показалось? Спускаюсь ниже. Нет, не показалось.

— А, проснулась. Доброе утро и тебе, иди завтракать, — как ни в чём не бывало тараторит Алла Леонидовна.

— А Вы что здесь делаете? — с недоумением спрашиваю я.

— Мама будет жить с нами, — из другой комнаты доносится голос Игоря, и он быстро направляется ко мне. — Вчера у неё поднялось давление, приезжала скорая. Врач сказал, что она должна быть под присмотром круглые сутки. Да и тебе сейчас нельзя одной, вот и будете помогать друг другу.

Вот это в стиле Игоря, — мысленно отмечаю я, чувствуя раздражение. Как я могла купиться на его обещания, что этот дом будет только для нас? Убедил, что никто не будет вмешиваться в нашу жизнь, а теперь вот она — его мать, хозяйка положения, уже скоро будет снова командовать.

— Элечка, дорогая, — залебезила свекровь. Её голос звучит так, будто она выиграла в лотерею, — как я рада, что с тобой и с внучкой моей всё в порядке.

— Это внук, мама, — поправляет Игорь.

— Это девочка, — упрямо повторяет свекровь.

Подходит ко мне. Не успеваю отступить, как её рука оказывается на моём животе, и она делает круговое движение кистью, будто исполняет какой-то магический ритуал.

— Наконец-то, дождалась. Иди, дорогая, покорми дочку. Своей внучке я сварила кашу, в ней витаминов много.

Сажусь за стол, вопросительно смотрю на Игоря.

— Что? — сдвигает брови. — Так будет лучше. Я старше, я лучше знаю, как надо. Всё.

Свекровь радостно суетится возле стола, накрывая всё, что приготовила, и, кажется, вовсе не замечает напряжённости в воздухе."

"Я чувствую, как внутри поднимается волна протеста, но осознаю, что в этой борьбе я пока одна.

— У тебя ничего не болит? — она внимательно смотрит на меня, типа и правда беспокоится.

Скорее всего, корчит из себя перед Игорем такую хорошую. Смотрю ей в глаза, а в голове мелькает картинка, как она выхватывает у меня чемоданы. И тут же голова начинает ныть. Закрываю глаза, пытаясь поймать и раскрутить картинку. Ничего, снова теряю нить.

— Алла Леонидовна, — начинаю, — я помню, как Вы у меня чемоданы пытались забрать.

Игорь побледнел.