Баронесса. Эхо забытой цивилизации

— Вы считаете, что я потомок иных, миледи д'Арлейн? — улыбка Эмиля Джеро была неожиданно холодной. В его глазах читалось, что он ни за что не произнесёт подобного вслух.

Ну и ладно. Мы оба понимаем, о чём идёт речь.

И я была благодарна ему за то, что он рассказал мне историю того, о чём запрещено говорить, не только в Ксин'тере. Хотя, скорее всего, это лишь верхушка айсберга — у каждого королевства была своя история, своя версия конфликта с землянами.

— А как выжили вы, миледи д'Арлейн? — его проницательные глаза не отрывались от меня, словно пытаясь прочесть каждую эмоцию.

В ответ я лишь дерзко усмехаюсь.

Если он не хочет ничего признавать, я тоже не стану. Будем и дальше ходить вокруг да около.

— Я могу рассказать вам больше. О том, какие полукровки выживали, и что стало с технологиями иных. Но я ожидаю обмена информацией… — сказал он с намёком.

— Хорошо, — решила я. Если я ни в чём не признаюсь, мне ничто не угрожает. Кому он может меня выдать? Ордену, который никак с ним не связан? Вряд ли, особенно учитывая, что восточный гость уже делится со мной запретными сведениями. — Вы знаете, кто такие иные? Откуда они прибыли? Как называется эта планета?

Мы разговаривали медленно, всё ещё не доверяя друг другу полностью, сидя у стены в том же пещерном зале. Иногда я прерывалась, чтобы найти Яру и Сирила, а потом с ужасом обнаружила, что Кири отсутствовал: он вызвался помогать стражникам отражать нападение северян.

Тревога за Теодена, а затем и за Кири пожирала меня изнутри, но беседа с Эмилем Джеро помогала — хоть ненадолго отвлекала от осознания того, что творится снаружи.

Что, если я не увижу его снова? Смогу ли я простить себя за то, что даже не попробовала, не дала нам шанса? Постоянно отталкивала его?

Когда же прибудет это проклятое подкрепление?

Несколько раз к нам подходил Кайрос, но, увидев Эмиля Джеро, тут же удалялся. Однажды подошла Ариадна, и ещё один раз — Фирруза д'Арлейн, но никто из них не осмелился начать разговор.

О чём нам было говорить?

Я чувствовала себя так, будто всё, связанное с д’Арлейнами и Лилеаной, происходило в далёком прошлом. Эти сутки оказались настолько насыщенными, что воспоминания о недавнем казались частью другой жизни. И ещё… я вдруг ощутила, что д'Арлейны мне чужие, хотя формального развода ещё не произошло.

— Кто-то снаружи, — произнёс неожиданно Эмиль Джеро, вскинув голову. Я проследила за его взглядом. Несколько стражников торопливо направлялись к двери, по которой вновь пробежали светящиеся линии. — Похоже, Его Светлость.

Сердце бешено заколотилось, а на лице сама собой появилась широкая улыбка, которую я даже не пыталась сдержать. Я вскочила и направилась к двери торопливыми шагами, не осознавая своих действий.