Баронесса. Эхо забытой цивилизации

До «Синей Трясины» мы добрались через шесть часов, главным образом из-за ужасной дороги и тяжёлого груза.

Моё сердце учащённо забилось, когда стражники сообщили, что мы уже близко. Я и сама начала это понимать — воздух стал влажнее и холоднее, а на дороге появились лужи и слякоть, несмотря на солнечный осенний день.

В какой-то момент дорога стала совсем непроходимой, и двое стражников спешились, помогая подталкивать телеги. Яра и я шли рядом, следя за тем, как тяжёлые, обветренные колёса с трудом пробираются через вязкую грязь. Лошади нервно всхрапывали каждый раз, когда колёса попадали в особо глубокие ямы, которых мы не видели из-за прибывающей воды. Яра взглянула на меня с волнением, но я ответила ей широкой, дерзкой улыбкой — мы обязательно справимся.

Сквозь густые кроны деревьев пробивалось солнце, отражаясь в мокрой земле, лужах и бесконечной грязи. Перед нами стоял двухэтажный дом, с каменным первым этажом, и деревянным вторым.

Он казался мне идеальным.

— Пройдём внутрь? — предложила я, добавив с улыбкой: — Приветствую вас в моём доме, милостью Первородной Велирии. Простите, вина не предложу.

Стражники из герцогства усмехнулись, но ничего не сказали. А Яра, в ответ на мою шутку, довольно закивала. Я же продолжала осматривать дом. На первом этаже, к сожалению, были земляные полы — грязные, сырые, с остатками мышиных следов. Они не затвердевали, потому что воздух был слишком влажным, а солнце почти не пробивалось через густые деревья и маленькие окна.

К слову, окна явно когда-то были затянуты бычьим пузырём, но он давно порвался, источая неприятный запах. Я сразу сорвала остатки и выбросила наружу — лучше вообще без «стекла», чем такое зловонное.

На втором этаже было грязно, но деревянные полы можно было подмести и вымыть. Мебель присутствовала, но была полностью прогнившей. Здесь находились три комнаты, и я поняла, что жить в этом доме можно, несмотря на ужасную сырость.

Стражники помогли возницам перенести все наши вещи на второй этаж, так как я решила ничего не хранить на первом. Пока это происходило, Яра и я избавились от всех остатков бычьих пузырей, подмели полы и даже протёрли одну комнату дождевой водой, набранной из сломанной бочки, которую мы нашли за домом. После этого мы приготовили простой ужин, на огне. Кухня в доме была, но я не знала насколько ей можно доверять.

На ночь мы устроились на циновках и связках сена, накрыв их шкурами, и шерстяными одеялами, а стражники заняли другую комнату.

— Что ты думаешь, Яра? — тихо спросила я подругу. — Как тебе это место?

Яра молчала, и я, волнуясь, приподнялась на локте, пытаясь рассмотреть её в темноте.

— Это место твоё? Только твоё? — спросила она тихо.

Я кивнула, а потом поняла, что она, возможно, не видит меня.

— Да. Наше.