Башня - два

Когда они заняли свои места в комфортабельном лайнере, снова в первом классе, Елена наклонилась к Юлии, голосок дрожал от восторга:

— Я все еще не верю!

— Чему? — спросила Юлия, не поворачивая головы.

— Что можно вот так, — шепнула Дюймовочка горячо. — Вчера еще в Москве, ночь в бедуинской пустыне, а сейчас снова Москва, Арбат, Тверская…

Мрак хмыкнул, а Олег сказал негромко:

— Сегодня — только квартира! Комнаты, прихожая, кухня, ванная. Можно — постель. За дверь не выходить в течение… ну, сколько сейчас, прибавим разницу во времени… или отнимем?.. черт, всегда путаюсь… Еще пять часов чтоб сидели тихо как мыши.

— Мы — громкие мыши, — ответила Юлия. Лицо ее стало серьезным и даже неприятным. — У меня к этим подонкам свой счет.

— Тех уже нет, — сказал Олег негромко.

— Они все те же, — ответила Юлия.

Через три часа такси подъехало к массивному угрюмому дому сталинской постройки. Юлия уже без удивления переступила порог новой квартиры, везде запустение, явно здесь не показывались годами, как только квартплату взимают, сразу отправилась на кухню, а Елена шмыгнула в ванную.

Мрак и Олег ненадолго уединились в дальней комнате.

Юлия слышала негромкий стук, а когда Олег вошел к ней на кухню, от него пахло железом и ружейной смазкой.

— Все нашла? — поинтересовался он. — Там еще второй холодильник. Под шкаф загримировали, идиоты. Полчаса искал!

— Так модно, — ответила она. — Я нашла сразу. Олег… ты хоть знаешь, что тебя ждет?

Он деловито раскрыл сотовый телефон, заменил батарейки, голос прозвучал сумрачно:

— Откуда? Только Адам мог видеть мир от края и до края. Но ежесуточно на землю выпадает сто миллиардов тонн космической пыли, наша планета растет! Не считая того, что изнутри ее распирает, как поспевающее тесто.

Уже материки разбежались, как перессорились, подавая пример и людям… Планета в трещинах и пещерах, что растут и растут, туда скоро станут проваливаться целые континенты! А совсем же недавно вся планета была цельным шариком, без всяких там морей и океанов!

Он вздохнул, а ее плечи зябко передернулись. Олег рассуждает так, что мороз бежит по коже, едва только пытается краешком представить эти бездны времени. Привычный мир рушился, и, чтобы его не потерять вовсе, она зажмуривалась до боли, стискивала зубы и поспешно твердила себе, что все брехня, Земля плоская, а маленькое Солнце встает на востоке и заходит на западе.

А Земля стоит на месте. Пусть не на китах или черепахе, а просто… стоит и все!

Незыблемо.

— И что теперь, — прошептала она жалобно, — когда встретишься со своим бессмертным врагом… Будешь драться на мечах?

Он подошел сзади, обнял. Ей почудилось, что ее плавно покачивает, как в теплых волнах южного моря. Голос над головой прогудел ласковый, но в нем было недоумение.