Батальон, к бою!

«Шведская пехота» в плотных колоннах в это время вышла на расстояние в сто шагов перед русскими редутами. Ей остался буквально один бросок в штыковую, и она сметет зеленые шеренги с земляных валов.

– Сто! – громко крикнул Гусев.

– Фугасы, пли! – выкрикнул Егоров.

– Вот обормоты, на вас еще терочные фитили тратить, – буркнул Афоня и, сплюнув, резко дернул свой витой шнур.

«Баба-ах! Баба-ах! Баба-ах!» – перед валами встала стена из пламени, и пыли. Клубы черного дыма заслонили все в округе.

Императорская свита с расширенными от удивления глазами наблюдала, как пехотные колонны шведов перед самым правым редутом замерли, потом развернулись и дали деру.

«Ура-а!» – послышалось от валов, и за «условным противником» вылетели цепи солдат в зеленых мундирах."

"– Григорий Александрович, а во время Полтавского сражения шведы не смогли даже на валы редутов забраться? – с совершенно невинным лицом поинтересовался австрийский император Иосиф II. – Их что, тогда прогнала цепь ваших егерей?

«Ура-а-а!» – раздался рев гренадеров Левашова, скатывающихся с валов вслед за егерями.

– Быстрее! – ревел полковник, подгоняя своих солдат.

– Ну что вы, ваше императорское величество, – со вздохом облегчения ответил Потемкин. – Все как и положено по диспозиции: гренадерские полки преследуют деморализованного противника. А совсем скоро к ним и наша кавалерия подключится.

– А мне очень понравилось! – с искреннем восторгом проговорила Екатерина. – Грохот, огонь, дым, эти колоссальные взрывы! Все так величественно! И наши солдаты, со штыками наперевес выбегающие из этого дымного облака. Вот это я понимаю – война! А не вот это все! – кивнула она на медленно марширующие колонны у дальних редутов.

– Прекрасно, Григорий Александрович, вы нам опять сегодня смогли угодить!

Карающий меч власти прошел опять буквально в какой-то пяди от головы Егорова.

Маневры заканчивались традиционным парадом всех участвующих в нем войск.

Подполковник Егоров стоял перед строем своего батальона.

– Братцы, удивить высокую свиту своим корявым шагом нам все равно не удастся. Там столичные полки годами на плацу свои ноги бьют. У нас же с вами другая работа. Поэтому мы все идем ровно и горланим строевую песню что есть мочи и, самое главное, в такт! У вас два месяца времени было, чтобы ее назубок заучить.

Чья рота хуже всего себя здесь покажет, та и будет весь месяц на Буге по хозяйству нашим интендантским помогать!

– Батальон, ровняйсь! Смирно! К торжественному маршу. На одного линейного дистанции. Первая рота, прямо, остальные, напра-аво! Шаго-ом марш!

«Бум! Бум! Бум!» – били барабаны, отбивая ритм строевого шага. Особый отдельный батальон егерей приближался к трибунам и помостам, где расположилась вся свита императрицы.