Батальон, к бою!
Тринадцать лет шаткого мира между Российской и Османской империями заканчиваются. Противоречия между ними слишком велики, и мирным путём уже неразрешимы. Войне быть! Что же послужит тем спусковым крючком, после которого прольётся большая кровь? Особая рота Егорова расширена до батальона и стоит на самом переднем рубеже обороны. Их зовут зелёными шайтанами и волкодавами. Именно им, русским егерям, и придётся первыми вступить в бой с янычарами.
– Ваша светлость, войска Бугской пограничной линии в парадных расчетах построены! Доложился командующий линией генерал-майор Кутузов! Разрешите начать прохождение войск?
Михаил Илларионович уже приготовился было продублировать команду князя к началу парада, но Потемкин его остановил:
– Подождите пока с парадом, генерал! А ну-ка, подайте мне сюда высочайший рескрипт! – обернувшись, сказал он своей свите. – В стоящих передо мной доблестных частях сих пограничных войск есть и батальон, принимавший участие в недавней славной баталии на Кинбурнской косе. – Генерал-фельдмаршал оглядел все выстроившиеся перед ним войсковые коробки и остановил свой взгляд на той, где застыли в строю солдаты в зеленых егерских мундирах.
– Так точно, ваше сиятельство, хочу побыстрее на его стены подняться во славу государыни императрицы! Невмочь уже столько времени наступления ждать! – нахально глядя в глаза всесильному Потемкину, прокричал Лешка. И, не дожидаясь реакции фельдмаршала, резко бросил ладонь к козырьку каски. – Благодарю покорно, ваше сиятельство! Служу России и матушке императрице!
Разворот, три строевых чеканных шага при отходе, а потом бегом в голову батальонного строя.
– Вот ведь стервец! Хоро-ош! – то ли осуждая, то ли, напротив, одобряя, протянул Потемкин, глядя ему вслед. – И ведь взойдет на эти стены, чай, не в первой ему! Ну да ладно. Следующий! – и протянул руку за новым свитком. – Этим же указом военным орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия четвертой степени за военные отличия при отражении турецкого десанта под Кинбурном награждается заместитель командира отельного особого батальона егерей Живан Милорадович, а по батюшке Николаевич! С присвоением ему следующего чина Табеля о рангах – премьер-майор!
Не ожидавший этого Живан замер на своем месте в строю и выскочил для награждения уже только после тычка Гусева.
"– Сим орденом награждается еще и подпоручик Самойлов Николай Александрович с присвоением ему звания капитан-поручик!
Опять последовала заминка, и князь, грозно нахмурившись, повторился:
– Награждается подпоручик Самойлов!
Припадая на раненую ногу, к нему неспешно вышел молодой офицер.

















