Бедовый 2. Специалист по нечисти

Однако оно этого делать категорически не хотело. Мне даже показалось, что в голове стала мигать красная лампочка, под которой было написано «Тревога».

И тут подплыла русалка. Она медленно оплела меня своими нежными руками и от пяток до макушки будто электрическим током пробило. Каждая клеточка тела запульсировала, наполнилась непонятным теплом. Больше того, кровь прилила именно к тем местам, к которым приливать была и не должна. От чего я покраснел.

— Держись крепче, рубежник, — сказала она. — И не елозь там, чешую сдерешь.

Я едва успел схватить ее за шею, как мы рванули с места со скоростью мощного катера.

И надо сказать, «не елозить» было сложно. Больше всего хотелось поплотнее прижаться к русалке. Она на удивление оказалась не холодным трупом, как я себе представлял. Напротив, от нее веяло необычным теплом. Как от печки зимой, к которой хотелось быть поближе.

Наверное, это и есть ее родная магия. Соблазнять, даже не особо в этом усердствуя. Ведь она действительно сейчас ничего не делала. А мне очень хотелось жениться и провести с ней брачную ночь. Хорошо, можно без женитьбы.

Спасло лишь то, что плавала русалка действительно быстро. Я с большим трудом пытался ориентироваться на месте, изредка поднимая голову. Правда, тут же в глаза летели брызги, потом приходилось ее опускать.

Но холодно действительно не было. Хорошо, что после минут пяти плавания мое возбуждение прошло и осталось просто тепло наших тел. А вскоре мой реактивный катамаран, на подушке из виагры, постепенно замедлил ход, подбираясь к скалистому берегу.

— Рубежник, воздух задержи.

Я послушался, после чего мы ушли под воду. Тиха и хороша выборгская ночь, прозрачно небо, луна блещет. Вот только под водой ни хрена не видно. К счастью, проплыли мы секунд пятнадцать, после чего вынырнули в гроте."

"Хорошо, что большую часть пути я проследовал с почти закрытыми глазами, да еще и подводная темнота сделала свое дело. Поэтому я сразу различил семь русалок, тихо плачущих вокруг восьмой. От их чешуи исходило слабое свечение, помогающее рассмотреть все в подробностях. Если не обращать внимания на хвосты — скорбящие женщины, чуть выше средней степени привлекательности. Ладно, вру, сильно выше.

Кстати, забавно, что вся нечисть была в воде, тогда как Катарина лежала на каменистом берегу у самой кромки. Будь я художником-символистом, то увидел бы в этом некий знак.

Больше всего я боялся, что сейчас русалки сагрятся на меня. Но нет, мое появление встретили внимательными взглядами, но не более. Ближайшие даже расплылись, освобождая путь к раненой. Мы подплыли к берегу и я с явной неохотой оторвался от Веры.

И тут меня заколотил такой озноб, что зуб на зуб не попадал. Русалочья магия закончилась и наступили суровые будни.