Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Перед самым выходом Минхо на секунду замер, а после вышел, исчезнув в ослепительном потоке.

– Пошел, пошел! – Ньют похлопал Томаса по спине.

Адреналин ударил в голову, и Томас, глубоко и резко выдохнув, последовал за Минхо. Ньют не отставал ни на шаг.

Едва Томас оказался на открытом воздухе, то понял, что с равным успехом они могли бы обернуться в прозрачный полиэтилен. Простыни не смягчали ни жара, ни яркости света. Томас хотел было заговорить, но горло ему обожгло сухим, колючим воздухом. Во рту моментально пересохло. Казалось, при дыхании в легких разгорается огонь.

Томас, хоть и не помнил прошлого, и то усомнился в действительности окружающего мира.

Жмурясь, он наткнулся на Минхо и чуть не упал. Восстановив равновесие, опустился на корточки и, полностью накрывшись простыней, попробовал дышать. Наконец удалось вдохнуть чуть-чуть воздуха, который тут же пришлось выпустить обратно. Томас дышал, пытаясь успокоиться, – только вышли из колодца, а он уже ударился в панику. Рядом пыхтели товарищи.

– Вы, парни, как? – спросил наконец Минхо.

Томас промычал в ответ – дескать, живой.

– Черт, – ответил Ньют, – мы точно в аду.

Всегда знал, Минхо, что ты сюда отправишься, но чтобы я с тобой за компанию…

– Вот и славно, – сказал Минхо. – Глаза болят, а так вроде начинают привыкать к свету.

Томас самую малость приоткрыл глаза и посмотрел себе под ноги: земля и пыль, несколько серо-бурых камней. Полностью скрывающая его простыня сияла ослепительно белым, как образец некой футуристической световой технологии.

– Ты от кого прячешься? – спросил Минхо. – Вставай, шанк, я никого не вижу.

Томас и не думал ныкаться под простыней, словно малый ребенок под одеялом! Встав, он очень медленно приподнял простыню и огляделся.

Вокруг была пустыня.

Сухая и безжизненная поверхность тянулась до самого горизонта: ни деревца, ни кустика, ни холма или впадинки… Сплошное желто-оранжевое море пыли и камня, марево из потоков дрожащего воздуха – будто сама жизнь испарялась, уходя в бледно-голубое небо, пустое и безоблачное.

Томас посмотрел по сторонам и не увидел никакого разнообразия в пейзаже. Лишь за спиной высилась неровная горная гряда. Между ней и глэйдерами – буквально на полпути – грудой пустых ящиков стояло нагромождение домов.

Город? Похоже на то. Однако большой ли он, сказать было трудно – горячий воздух мешал рассмотреть все, что находилось у самой земли.

Раскаленное добела солнце клонилось к горизонту по левую руку от Томаса. Значит, слева – запад, и цепочка чернокрасных скал – на севере. Туда и надо идти. Томас сам поразился своим способностям быстро ориентироваться на местности, словно они часть восставшего из пепла прошлого.

– Как думаете, далеко до тех построек? – спросил Ньют.