Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Чудовище взревело, почти так же как гриверы, и упало, намереваясь пригвоздить Томаса к земле. Он откатился в сторону. Сталь чиркнула о песок и камни. Рискнув, Томас отскочил в подъеме на несколько футов, встал на ноги и обернулся, не опуская ножа. Чудовище только поднималось.

Судорожно втягивая воздух, Томас краем глаза оглядел поле боя. Минхо колол монстра ножами, и тот, как ни странно, пятился. Ньют отползал от противника, который шел за ним, хромая (видимо, раненый) и постепенно замедляясь. Тереза, ближе всех находившаяся к Томасу, скакала, уворачивалась и тыкала в великана тупым концом копья.

Но зачем? Ее монстр тоже был сильно ранен.

Томас заставил себя сосредоточиться на своем противнике. Заметив серебристый блеск, пригнулся – рука монстра прошла над самой макушкой. Припав к земле, Томас с разворота ударил наугад.

Монстр промахивался на какие-то дюймы. Вот клинок Томаса задел мерцающую сферу, и та рассыпалась искрами. Оранжевый свет моментально погас. Решив больше не испытывать удачи, Томас нырнул рыбкой и, откатившись на несколько ярдов, встал на ноги.

Тварь замедлилась, правда, ненадолго.

Томас едва успел отступить – и вот уже снова пошла в атаку. В мозгу тут же возникла мысль, которая стала яснее, стоило посмотреть на бой Терезы с монстром. Тупым концом копья девушка успела разбить около трех четвертей оранжевых лампочек на теле противника, и тот двигался рывками, неровно.

Лампы. Надо перебить лампы. Они каким-то образом связаны с запасом жизненной силы чудовища. Неужели так просто?

До той же тактики боя додумались еще не все: ребята остервенело продолжали рубить и колоть студенистую плоть, совершенно не обращая внимания на лампы.

Двое – парень и девушка – валялись на песке, покрытые ранами, бездыханные."

"Изменив стратегию, Томас прыгнул на противника и ударил, целясь в горящую сферу на груди монстра. Промазал – нож полоснул по сморщенной желтоватой коже – и отскочил. Вовремя. Чудовище отмахнулось, распоров на груди Томаса рубашку. Парень ударил еще, метя в ту же шишку, и на сей раз попал. Мерцающий нарост взорвался фонтанчиком искр. Чудовище на целую секунду застыло, но сразу же перешло в боевой режим.

Томас стал ходить кругами, нападая и отскакивая, ударяя по шишкам, коля.

Хлоп, хлоп, хлоп – взрывались наросты.

Одно из лезвий прошлось по предплечью, оставив за собой длинную полосу красного. Томас атаковал. И еще, и еще. Хлоп, хлоп, хлоп. Летели искры, чудовище содрогалось и дергалось.

С каждым попаданием паузы удлинялись. Противник нанес Томасу еще несколько легких ран, но тот, будто не чувствуя их, колол, метя в оранжевые наросты. Хлоп, хлоп, хлоп.

Каждая маленькая победа Томаса делала монстра слабее, не лишая, впрочем, стремления искромсать человека.