Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

"

"– Полагаю, основная причина тебе и так ясна, – ответила Бренда, кивая в сторону Томаса и Минхо. – Еще мы узнали, что ПОРОК назначил награду за твою голову. Надо спешить: проведи операцию и сразу беги отсюда.

Последний пункт, казалось, никак не взволновал Ганса. Пожав плечами, седой взглянул на двух потенциальных клиентов.

– Хотите избавиться от имплантатов, так?

Томас кивнул. Он нервничал и притом торопился покончить с делом.

– Я только хочу вырубить управляющее устройство, воспоминания не нужны. И еще: как именно ты проводишь операции?

Ганс брезгливо поморщился.

– Нет, вы только послушайте! Бренда, что за труса ты привела? У него коленки трясутся.

– Я не трус, – не давая ответить Бренде, заявил Томас. – Просто ко мне в голову кто только не залезал.

Ганс хватил ладонями по столешнице.

– Кто сказал, что я полезу к тебе в голову? Ты не так сильно мне нравишься.

– Вежливых людей в Денвере не осталось? – пробормотал Минхо.

– Даю три секунды, народ. Потом вышвырну вас из моей квартиры.

– Так, все заткнулись, быстро! – крикнула Бренда и зашептала Гансу почти в самое ухо: – Дело важное. Томас сам очень важен, и ПОРОК пойдет на все, чтобы вернуть его.

Ганс окинул Томаса пристальным взглядом ученого, рассматривающего образчик некой субстанции.

– По мне, так обычный мальчик. – Покачав головой, он встал. – Мне нужно пять минут, чтобы приготовиться.

Сказав это, он вышел через боковую дверь в соседнюю комнату. Оставалось гадать, узнал ли он Томаса, вспомнил ли, чем тот занимался для ПОРОКа до отправки в Лабиринт.

Вернувшись в кресло, Бренда вздохнула:

– Могло быть и хуже.

Ну да, все самое худшее еще впереди. Хорошо, что Ганс согласен помочь. Правда, чем больше Томас поглядывал в сторону соседней комнаты, тем сильнее нервничал. Сейчас совершенно незнакомый человек в антисанитарной обстановке вскроет ему череп.

– Зассал, Томми? – хихикнул Минхо.

– Забываешь, muchacho, – напомнил Хорхе, – что тебе предстоит та же операция. Пять минут – и седовласый дедуля будет готов. Мужайся.

– А, чем скорее – тем лучше, – ответил Минхо.

В висках появилась пульсирующая боль, и Томас, придвинувшись к столу, обхватил ладонями голову.

– Томас? – прошептала Бренда. – Тебе плохо?

Томас ответил было:

– Да просто…

Но слова застряли в горле; позвоночник пронзила острая боль. Через мгновение ее и след простыл, однако потом резко вытянулись как по струнке руки и ноги – и Томас, дрожа, съехал на пол. Ударившись спиной о твердую плитку, он вскрикнул и попытался восстановить контроль над телом. Не смог. Стопы сами собой сучили по полу, лодыжки бились о ножки стола.

– Томас! – завопила Бренда.