Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Впрочем, победой насладиться не успел… Как же больно, как больно терять близких.

– Дом, милый дом, – пробормотал Минхо и ткнул пальцем в круглый лаз.

Когда Лабиринт работал на полную мощь, проход скрывала голограмма: бескрайнее небо за границей каменного коридора. Сейчас Томас прекрасно видел наверху стены Лабиринта. К ним вела приставная лестница.

– Поверить не могу, что мы возвращаемся, – сказала Тереза, подойдя к Томасу.

От ее слов лишь усилилось ощущение, будто группа – в доме с привидениями. Зато теперь Томас и Тереза на равных – пришли спасать жизни. Пришли покончить с тем, что некогда начали.

Хоть бы все получилось.

Томас спросил:

– Ну не безумие ли?

Тереза в ответ улыбнулась, первый раз за… Томас уже и не помнил, когда она последний раз улыбалась.

– Абсолютное безумие, – согласилась девушка.

Томас еще многого не помнил – о себе, о Терезе, – однако вот она, рядом, помогает. Большего пока и не требуется.

– Может, начнем подниматься? – окликнула их Бренда.

– Точно, – кивнул Томас. – Начнем.

Он поднялся последним. Пролез в круглое отверстие и по двум доскам, перекинутым через Обрыв, вошел в Лабиринт. Оглянулся на рабочую площадку внизу – никакой тебе бездонной пропасти, одни только черные стены. Снова посмотрел на каменный коридор.

На месте ярко-голубого солнечного неба теперь висел серый потолок. Голограмм больше нет, не работают. Нет Обрыва, нет иллюзии парящего в пространстве каменного монстра. Остались увитые плющом и паутиной трещин серые стены, но и того было достаточно. Монолиты, словно простоявшие здесь тысячу лет – как надгробия у могилы столь многих, – по-прежнему завораживали своим видом.

Томас вернулся.

Глава шестьдесят восьмая"

"Дальше группу вел Минхо. Ссутулившись, он бежал впереди, и сразу становилось ясно: Минхо гордился, что два года был Куратором бегунов. Томас озирался на стены под серым потолком. Странно вот так возвратиться в это место после побега, после всего пережитого.

По пути к Глэйду почти не разговаривали. Бренда и Хорхе скорее всего поразились величине Лабиринта. Ни один жук-стукач, ни одна камера наблюдения не передаст истинных размеров этой каменной ловушки. А что сейчас творится в голове у бедного Галли! Даже представить страшно.

Наконец группа вышла на финишную прямую, к Западным Вратам. Томас на бегу взглянул на то место, где он когда-то прятал в плюще ужаленного гривером Алби. Увидел спутанные, примятые лозы… Столько стараний – и все пропало втуне. Алби так и не оправился после Метаморфозы, погиб несколько дней спустя.

В жилах горящим бензином полыхнул гнев.

У самых Врат Томас перешел на шаг и перевел дыхание. По Глэйду бродили сотни людей, и среди них – какой ужас! – дети.