Ты моя одержимость
- Что ты сделала с моим наследником? - он сжимает мои плечи, давит тяжелым взглядом.- Ничего, - очень стараюсь скрыть дрожь в голосе. - Я не была беременна.- Завтра тебя осмотрит другой врач, - бросает мрачно, отталкивает меня и выходит из комнаты.Я должна бежать. Аппарат УЗИ только чудом не показал беременность. Если этот мужчина узнает правду, то заберет моего малыша и превратит мою жизнь в ад.
Тот парень мог что-то знать. Увидеть. Услышать. В теории. Он угодил к ментам за несколько дней до пожара. Видно, это его и спасло. Отправился мотать пожизненный срок.
Слабая надежда, но других вариантов нет.
Только кто станет делиться секретами? Особенно, когда рычагов влияния не найти. Да и тот мутный приятель мог сто раз забыть обо всем. Был ли он в курсе совпадающих тэту? Не факт. Мог тупо не знать, не интересоваться. А если и оказался в теме, разве сумеет выдать координаты, где подонка с похожей татуировкой искать?
Резник отправился в тюрьму за ответами. Он добрался до правды, пусть и не сразу, но выцепил детали.
- Конечно, я помню того ублюдка, - хмыкнул приятель татуировщика, когда разговор дошел до сути.
- Генка никогда не набивал одинаковые татухи. Ну скучно же. А он высоко ценил свое мастерство. Да и каждому подбирал особый рисунок, чтобы дух отражал, характер показывал. Искусство. Мистика. Он верил, каждый штрих важен, может спасти, а может и погубить. Там целая философия у него была.
Он долго показывал Резнику свои наколки, а потом вернулся к рассказу.
- Короче, тот дерганный урод заявился к нам посреди ночи, - продолжил. - Я с девками был.
Паскуда всех перебудил. Залетел в гараж. Сперва орал, потом увидел, что Генка не один, чуть притих, деньги ему швырнул и потребовал татуху как у Татарина.
- Так и сказал? - уточнил Резник.
- Ну да, - кивнул. - Нес всякий бред. Вроде Татарин его судьбу украл, удачу попортил, везение отнял. А теперь он отыграться должен. Пускай Генка бьет тот самый рисунок, который Татарину в ночь после боя набил.
- И Генка повелся?
- Отказался, - хохотнул. - Генка принципиальный был. Объяснил, что каждому бойцу полагается свою татуха. Повторять опасно. Даже если поначалу и попрет удача, потом такая обратка прилетит, что мало не покажется. Нельзя в чужую шкуру лезть.
- А как же его на повтор продавили?
Мужик напрягся и даже по сторонам оглянулся, будто лишних ушей поблизости опасался.
Помрачнел в момент.
- Так тот же на Кайзера работал, - выдал после паузы.
- Далась ему эта татуировка.
- И не говори. Как взбесился. Орал. Ногами топал. Вопил типа удачу обратно хочет. Генке пришлось уступить. Жить захочешь - прогнешься. Кликуха Кайзера действовала на нас безотказно.
- Могу представить.
- Ну ты сам помнишь. Все помнят. Даже после смерти Кайзера многие продолжали его бояться. А я вот считаю, он жив.

















