Белая мгла

В течение тридцати лет Марта правила на этой кухне. Дочери сочли бы себя нелояльными к ней, если бы не отнеслись враждебно к Тони. Любая женщина, понравившаяся Стэнли, могла превратиться в угрозу. Могла разбить семью. Могла изменить отношение отца, направить его привязанности в другое русло. Она может родить ему детей, которые станут сводными братьями и сводными сестрами, и им будет наплевать на историю семьи, они не будут связаны с ними нерушимыми узами общего детства. Эта женщина может забрать себе часть их наследства, а возможно, даже и все. Чувствовал ли Стэнли эти тайные течения? Следуя за ним в его кабинет, Тони снова с раздражающим огорчением подумала, что понятия не имеет, как он настроен.

Комната была мужская, с викторианским письменным столом, книжным шкафом, набитым тяжелыми томами по микробиологии, и потертым кожаным диваном перед камином. Собака последовала за ними и улеглась у огня, точно курчавый черный ковер. На каминной доске стояла в рамке фотография темноволосой девушки в белом теннисном костюме – той же девушки, свадебная фотография которой висела на стене в кабинете Стэнли. Короткие шорты обнажали длинные ноги спортсменки. Сильно подведенные глаза и повязка на голове указывали Тони, что фотография сделана в шестидесятые годы.

– Марта тоже была ученым? – спросила Тони.

– Нет. У нее был диплом по английскому языку. Когда я с ней познакомился, она преподавала итальянский в средней школе в Кембридже.

Тони удивилась. Она считала, что Марта разделяла увлечение Стэнли его работой. Значит, подумала она, не надо быть доктором биологии, чтобы выйти за него.

– Она была красивая.

– Ошеломительно, – сказал Стэнли. – Прелестная, высокая, сексуальная иностранка, настоящий дьявол на корте, а вне его разбивает сердца. В меня словно молния ударила. Познакомившись с ней, я через пять минут уже был влюблен.

– А она – в вас?

– На это ушло больше времени. Она была окружена поклонниками. Мужчины дохли как мухи. Под конец я не мог понять, почему она выбрала меня. Она говорила, что не смогла противиться обаянию яйцевидной головы.

«Ничего тут нет непонятного», – подумала Тони. Марте понравилось то, что нравилось и Тони: сила Стэнли. При виде его женщины сразу понимали, что перед ними мужчина, который сделает то, что сказал, и на самом деле такой, каким кажется, – словом, мужчина, на которого можно положиться. Были у него и другие привлекательные стороны: он был теплый и умный и даже хорошо одевался.

Ей хотелось спросить: «А что вы сейчас чувствуете? Вы женаты на памяти?» Но Стэнли был ее хозяином. Тони не имела права спрашивать о его сокровенных чувствах. И тут на каминной доске была Марта – она стояла, высоко держа, словно скипетр, теннисную ракетку.