Бей! Корсар из будущего

Все тогда складывалось как нельзя лучше: на рынке в Стамбуле купец выгодно продал товары и купил новые, я вез дары визиря, признательного мне за выздоровевшую любимую дочь. Неудачи начали преследовать нас в Нижнем – с торга Федор вернулся разочарованным, пришлось плыть дальше, к Москве. По дороге ждала беда: за Муромом, на берегу Оки, от рук ночных разбойников погиб Федор и почти вся команда – случай спас лишь меня и двух матросов.

Я смотрел на пустынные берега, и сердце щемило от воспоминаний. Беда преследовала нас и дальше: доплыв втроем на едва управляемом судне до Москвы, мы только чудом не попали в очередной переплет: под столицей стояли татары, кругом – страшные последствия пожара: во множестве трупы жителей, дороги запружены тысячами беженцев, в одночасье лишившихся крова.

Какой уж там торг – хорошо уже то было, что на татар тогда не наткнулись да по мелководью на груженом судне до Пскова добрались…

На корме повесили масляный светильник в слюдяной коробке, да на носу уселся впередсмотрящий. Мы же, поболтав перед сном, улеглись спать. В управлении судном мы участия не принимали, на веслах не сидели – нужды не было.

Что еще делать пассажирам, кроме как есть, спать и любоваться проплывающими мимо пейзажами?

Наше судно качнуло на стрелке – мы выходили на просторы Волги. Слева по курсу раскинулся на холме Нижний Новгород. Как завороженный, я смотрел на сияние куполов храмов, высившихся за высокими стенами крепости. Они играли огненными всполохами в лучах солнца. Вот справа – оживленная пристань. Несколько судов качались под ногами грузчиков, таскающих тяжеленные мешки. В борта десятков причаленных лодчонок плескалась вода.

На берегу сушились сети.

Вот и Нижний позади. Мы плыли вниз по Волге. Широка река, аж дух захватывает, от берега до берега – километр. Суда снуют вверх-вниз, как на оживленной дороге. Тут уж рулевой смотрит не столько за тем, как на мель не сесть, а как бы с другим судном не столкнуться.

Величием русской реки восхищались и иноземцы. Еще в древности греки называли ее «Ра», что означало «щедрая», арабы величали ее «Ийшль» – «река рек», татары – «Итиль». Русичи же связывали название со словом «влага». Могучая Волга, дававшая жизнь расположенным на ее берегах малым деревенькам и большим городам, торжественно и неторопливо несла свои воды в далекое Каспий-озеро.

Слева уходил за горизонт пологий, весь облитый солнцем, пышный зеленый берег. Правый – возвышался кручами, поросшими лесом.

На пятые сутки миновали границу с бывшим Казанским ханством. Вскоре показалась вдали, слева по курсу, и сама Казань – центр вассального Казанского царства.

Я надел татарский, шитый золотом халат, опоясался, не забыл и про тюбетейку.