Белая сирень

– Я бы сделал всё по-другому…

Ольга выдохнула, собираясь с силами.

– Я хотела рассказать. Но, подумала – пусть, хотя бы один раз. Ты можешь больше никогда… – голос её дрогнул.

Значит, она разочаровала его. А как может быть иначе?

Артём подошёл к Оле и, приподняв её лицо за подбородок, внимательно посмотрел в глаза.

– Я бы всё сделал по-другому, понимаешь? Не торопил бы тебя, – руки его скользнули под рубашку и легли на её талию.

Оля была растеряна. Начни она сейчас объяснять, как до сегодняшнего вечера её была отвратительна сама мысль о близости, и Белецкий моментально сделает выводы. Зачем Артёму нужна эта малопривлекательная возня в постели и гадкие подробности её прошлого? Господи, как стыдно! Девушка закрыла лицо ладонями. Надо срочно уходить из квартиры Артёма.

Но мужчина мягко подхватил её и приподнял над полом, прижимая к себе.

– Лёлька, если ты простишь меня, я исправлюсь. В следующий раз всё будет гораздо лучше, поверь! – он потёрся лбом об её щёку. – Пойдём спать. Завтра встанем пораньше, и я приготовлю завтрак.

Откинув одной рукой одеяло, Артём поставил Олю на пол.

– Чур, я с этого края.

Оля, ничего не понимая, смотрела на белую простыню, на которой отчётливо было видно небольшое пятно крови.

Какого чёрта?!

Артём затащил её в кровать. Прижав как можно ближе к себе, закинул свою ногу на её бедро и быстро засопел в затылок, согревая в кольце рук.

Но Оля же ещё долго лежала, не шевелясь, чувствуя, как беспокойно ворочаются мысли в её голове, в попытках найти хоть какую-то логику и объяснение происходящему.

23"

"Вместе со всеми Герман вышел с территории фабрики, но остановился у своего автомобиля. Нетерпеливо вытащил из кармана телефон, набрал нужный номер. Слушая длинные гудки, не заметил, как Маржанская отделилась от группы и встала за его спиной.

– Герман Анатольевич?

Тищенко дёрнулся и обернулся, растянув губы в фальшивой улыбке. Глаза Регины из-за очков смотрели на него изучающе и немного насмешливо.

– Вы ведь не заставите себя долго ждать?

– Разумеется, – Герман бросил взгляд на ворота фабрики.

Маржанская, покрутив конец кружева, резко дёрнула его. Белоснежный воздушный комок оказался у неё в кулаке. Регина, скомкав тряпицу, положила её в карман пиджака.

– До встречи, Герман Анатольевич. Жду вас у себя.

Герман нахмурился, провожая Регину взглядом. Такой вариант совсем не входил в его планы. Мягко говоря, он и не воспринял приказ Маржанской серьёзно. Главное, чтобы Ольга Валеева под весомым предлогом села в его машину.

Гуциев перезвонил минут через пять.

– Гриша, тут такая ситуация… – Герман кратко описал события последнего часа. – Но ты же понимаешь? Хорошо, сделаю как ты говоришь, но как потом… Да, конечно, я понял. Скоро буду.