Белая сирень

Представляешь, сколько к нам на комбинат съезжается таких? Нет, я, конечно, надеюсь, что ничего эдакого не произошло, и они просто свалили куда-нибудь подальше, – Булька скептически поморщилась, – но лично мне не верится. Оль, вот скажи мне! – Таня оглядела Ольгу цепким взглядом.

– Да?

– Что у тебя с лицом? И с твоим ртом?

Оля поднесла пальцы к губам.

– Выглядишь так, будто тебя валяли. Не моё дело, конечно, но ты бы поостереглась. Вдруг в городе, действительно, маньяк. – Булька поднялась, ставя точку в разговоре.

– Учту, – Оля усмехнулась, и первая шагнула в прохладу подъезда, не заметив тяжёлого испепеляющего прощального взгляда Бульки.

13

Выглядеть прилично, конечно же, хотелось. Но каким образом это сделать, было абсолютно непонятно. Оля порылась в сумке и вытащила блузку, в которой планировала возвращаться в Москву. Свитер пропах берлогой Лаврика и даже немного поменял цвет, добавив нотку серого налёта.

Нужно было что-то решать: с одеждой, с квартирой, с подозрениями, с жизнью.

Девушка по-быстрому приняла душ, закрутив волосы в кокон на макушке, и простирнула бельё тёмным, в глубоких трещинах, закаменевшим куском хозяйственного мыла. Газовая колонка натужно гудела, и Ольга свела банные процедуры к минимуму, прислушиваясь к её вздохам за стенкой. Тёткино жилище было к ней неласково.

Оля любила свою маленькую квартирку в Переделкино, которую снимала почти четыре года. Этим она была обязана Жанне Саблиной. С хозяином однушки, звукорежиссёром Петром, Жанна познакомилась на съемке своего первого сериала. Отношения, начавшиеся довольно бурно на первых эпизодах, к пятнадцатой серии плавно сошли на нет, а во время озвучки они уже практически не замечали друг друга. Кажется, Жанна переключилась на исполнителя главной мужской роли, войдя в образ и действуя строго по сценарию.

Костюмеры Жанну бесили. Она приезжала к Ольге в полнейшем раздрае, с ворохом одежды, которую требовалось в срочном порядке довести до ума. И, когда Оля во время очередной примерки заикнулась о своём желании съехать с финансово неподъёмной для неё жилплощади, Саблина тут же вспомнила о своём звукорежиссёре. Через месяц Ольга, получив ключи, вошла в необжитую, с разномастной мебелью и посудой, но такую светлую и тёплую квартирку недалеко от железнодорожной станции Переделкино. Из окна был виден лес, а по воскресеньям колокольный звон из маленькой церквушки звучал для Оли слаще любой музыки."

"Хозяин квартиры, долговязый, бородатый и улыбчивый мужчина в прокуренном насквозь замшевом пиджаке, единственный раз появился в гостях у Ольги. Он передал ей чемодан с «архивом», который они закинули на балкон. Объяснил, как и куда Оля должна будет платить коммуналку и перечислять квартирный транш.