Белая смерть

Один предприимчивый югослав открыл отель в западном стиле, неподалеку от мыса Рас-Шурваин. Он назвал его «Империал»."

"Для европейца жизнь в Ракке была нелепа, но не лишена интереса. Узкие улочки Старого Города были построены в расчете на мулов; позже за право первенства здесь сражались люди, мулы, верблюды и «Фольксвагены». Точно так дела обстоят и поныне. Но улицы Нового Города раскинулись так же широко, как Елисейские Поля. Несмотря на это, они постоянно запружены «Кадиллаками», контейнерами для перевозки нефти, «Лендроверами», пешеходами, козами, мулами и «Фольксвагенами».

Повседневная форма одежды в Ракке колебалась от библейской до современной, включая все разнообразные вариации обеих. Над городом витал легкий душок безнравственности, манящий и отталкивающий, аромат материальных богатств и духовного голода. Правоверных призывали к молитве пять раз в день, но «Радио Каира» благодарило Аллаха громче, чем любой муэдзин с луженой глоткой.

На улицах всегда было полно народа. Помимо местного сурового племени, здесь встречались изгои и перебежчики почти со всех уголков полуострова, даже из далекого Шираза или Бушира.

Колония индусов из Бомбея мертвой хваткой держала в руках оптовую торговлю продуктами. Небольшая горячая кучка китайских коммунистов изучила местный диалект арабского языка и теперь присматривалась, где бы здесь заварить хоть какую-либо бучу. Сомалийцы работали в доках и уже успели организовать профсоюз.

Едва ли не каждый человек в городе был замешан в буйстве общественной жизни и баловался политиканством.

Везде, где только соберется толпа, можно было найти и полисмена, их было много, хотя возможно, что и недостаточно.

Все они были из Ирака, в основном багдадцы, хотя иногда их подменяли контингенты из Басры. Они были молоды, ходили в хаки, при себе носили автоматические пистолеты и дубинки. Полицейские были чужаками и завоевателями в этой южной стране, они это знали, и это им не нравилось. Они патрулировали по трое или по четверо и наблюдали за всеми сборищами народа. Сборища наблюдали за ними, переговаривались и выжидали. Полисмены знали, чего они ждут. И страстно желали расстрелять эту наглую толпу. Полисменам очень хотелось домой.

* * *Дэйн путешествовал под именем Чарльза Рональда Пирсона. Он решил представляться нефтепромышленником из Оклахомы, который к тому же ведет разработки в Центральной Америке.

Он ничего не понимал в нефтедобыче, и у него не было ни времени, ни желания знакомиться с данным предметом. На этот счет у него была своя теория. Дэйн искренне полагал, что неполное знание — вещь опасная. Он решил, что пытаться изучить такой сложный предмет за несколько дней или недель едва ли удастся, да и едва ли это нужно.