Белая смерть

Затем животное вернуло шею на исходную позицию и направилось за остальными, при этом явно показывая, что идет оно так, как само пожелает.

Все молчали. Отряд вытянулся в ряд и двигался быстрой рысью. Через час Дэйн выяснил еще одну особенность поездки на верблюде: сидеть нужно было скрючившись, в очень неудобной позе. Поскольку стремена отсутствовали, Дэйн попросту висел, вцепившись в повод и луку седла и дергая ногами взад и вперед, чтобы не свалиться. И прикидывал, скоро ли заработает себе артрит.

Они ехали, не останавливаясь, до рассвета. Затем прозвучал сигнал к привалу, всадники спешились и принялись молиться, а после занялись приготовлением кофе.

Дэйн сполз со своего верблюда и с трудом удержался на ногах. В принципе, с ними было все в порядке, не считая коленей, которые куда-то подевались. Он немного успокоился, когда увидел Джабира, ковыляющего так, будто его лягнул копытом мул.

Как только Джабир поднял голову, Дэйн моментально выпрямился как ни в чем не бывало.

— Что с вами? — кротко спросил он. — Давно не ездили?

— Мой друг, — простонал Джабир, — я никогда раньше не ездил на верблюде или какой-нибудь другой твари.

Арабы в основном живут в городах и обычно путешествуют на автобусе или машине.

— Не отчаивайтесь, — сказал Дэйн. — Скоро привыкнете. Главное — это расслабить колени.

— Я с удовольствием расслабился бы весь, — ответил Джабир, — в одном подходящем месте в Бейруте. Но прежде всего я бы убрался из этой дурацкой пустыни подальше. Ума не приложу, как кто-то может жить здесь по собственной воле!

— Через несколько дней мы уже будем на побережье, — успокоил его Дэйн.

— Хорошо бы! Они как раз совещаются по этому поводу.

В отряде было десять всадников, все ракканцы, кроме одного кочевника-халиди; Майид был из Авазим, Джабир — из Рабата и Каира, а Дэйн — из Соединенных Штатов. Итого — их было тринадцать человек — число символическое, о чем никто из них не задумывался.

Вероятно, Майид и остальные ракканцы разошлись во мнениях. Обсуждение, начинавшееся приглушенным шепотом, перешло в крики, вопли и общее возмущение. Все разговаривали так громко и быстро, что не слышали друг друга и были готовы вцепиться собеседнику в лицо.

— Надеюсь, они сообщат нам о своем решении, — сказал Дэйн.

— Не сомневаюсь, если только они когда-нибудь придут к нему, — отозвался Джабир. — Эти кочевники — самые вздорные и упрямые создания на свете. Они могут спорить о пустяках до бесконечности и так и не прийти к соглашению.

Наконец Майид отделился от остального отряда и подошел к Дэйну и Джабиру. Он с негодованием качал головой, как человек, вконец выведенный из себя.

— Похоже, — начал он, — дела идут не так, как ожидалось. Но, с другой стороны, этого можно было ожидать.